Психоаналитические подходы к пониманию психологических границ личности

108Психоаналитические подходы к пониманию психологических границ личности
Психоаналитические подходы к пониманию психологических границ личности

Интенсивность социальных процессов в современном обществе предъявляет особые требования к личной автономии, свободе и ответственности каждого человека. Высокая взаимозависимость социальных интеракций, информационная и коммуникативная перегруженность ставят человека перед необходимостью творить независимое, неконформное, аутентичное бытие, в тоже время требуют от него гармонизации отношений с окружающим миром. Встает проблема самоопределения и соотнесенности мира Я с миром не-Я, т.е. проблема формирования границ. Можно сказать, что вся история развития личности может быть рассмотрена как история развития ее границ, от их зарождения в конце безобъектной стадии до окончательного становления в зрелости.

В психологии и психотерапии зафиксирован ряд феноменов, отражающих проблемы в формировании границ Я, центральным из которых является феномен зависимости. Психологически здоровый, зрелый индивид обладает устойчивыми и динамичными границами Я, способен при этом гибко строить отношения с другими и обладать качеством автономности.

Исследование психологических границ, понимаемых как преграды на пути удовлетворения ведущей мотивации, начало осуществляться в рамках глубинной психологии. В этой научной школе неизменным оставался постулат о социальной среде как границе для личностного развития, как преграде, встающей на пути удовлетворения влечений и потребностей человека [3].

В нашем исследовании мы рассматриваем основные психоаналитические подходы к пониманию психологических границ личности. По мнению большинства авторов границы Я выражают степень доступности сознанию внешних по отношению к нему воздействий. Соответственно, существуют как внешние границы, которые располагаются между Я и миром, выступая феноменологически в виде переживания «мое – не мое», так и внутренние границы Я, которые разделяют сознание и бессознательное, препятствуя манифестации в сознании угрожающих элементов бессознательного, тем самым способствуя переживанию стабильности и непротиворечивости образа Я [5].

Впервые термин «границы» исходно был введен в научный оборот З.Фрейдом для топического разграничения сознательного, предсознательного и бессознательного, а затем для описания и выделения трех структур психики: Я, Оно и Сверх-Я. В самом широком смысле данный термин понимался автором в контексте пространственной протяженности психики.

В концепции А. Адлера границы связывались с семейной ситуацией - привязанность к матери, количество и порядковый номер ребенка в семье, взаимоотношения детей и др. А. Адлер одним их первых заговорил о возможности преодоления границ, поставленных именно перед личностным, а не мотивационным развитием средой, введя механизм компенсации. Компенсация, по его мнению, позволяет обойти границы, поставленные природой (соматические ограничения) перед человеком, помогает сформировать жизненный стиль, реализовать творческое Я [3].

П. Федерн, изучая состояния отчужденности, вводит понятие «границ Я». Он предпринял попытку отделить «периферические границы» от «ядра Я», чтобы показать зависимость чувства единства «Я» от его содержания. Для этого автор намеренно выбрал более широкий (в сравнении с понятием «сознание») термин – «чувство Я». Автор считал принципиальным различать функции «границ Я» (обусловливающих единство «чувства Я» за счет обособления от «не-Я») от функций тестирования реальности. П .Федерн полагает, что поскольку существует чувство единства Я, то есть и его граница [5].

В рамках концепции «телесного Я» В. Тауска утверждает, что ранний и примитивный телесный опыт играет решающую роль в формировании и интеграции границ Я. Нарушение в структуре телесного Я неминуемо приводит и к нарушениям границ Я.

Вопросы переживания границы тела как границы Я также освещались  в работах З. Фрейда, А.Ш. Тхостова и др. В ряде исследований проблема телесной границы формулировалась через понятие кожи. В частности, Э. Бик, Д. Анзье, Б. Бивен разрабатывали проблему кожных переживаний и изучали их роль в формировании образа телесного Я. В работах Т. Цаца, П. Федерна и др. обсуждались вопросы патологических и непатологических отклонений в переживаниях телесной границы.

Однако, несмотря на многогранность имеющихся исследований феномена телесной границы, обнаруживается разрыв между его теоретическими и эмпирическими разработками. Также можно говорить о существующем недостатке систематических исследований проблем телесной границы [4].

Один из крупнейших и наиболее известных современных психоаналитиков О. Кернберг использует термин граница для обозначения границ Я и рассматривает проблему границ в аспекте отношений любви в норме и патологии. Страсть в сексуальной любви - это эмоциональное состояние, выражающее нарушение границ, в смысле соединения интрапсихических структур, которые отделены границами, установленными динамически или путем конфликтов. Наиболее серьезными границами, нарушающимися в сексуальной страсти, являются границы Я. Переживание страсти требует отказа от границ Я, их расширения до ощущения субъективно диффузных биологических основ существования.

Автор использует понятия нарушения границ, расширение, выход за границы. Нарушение границы Я является основой субъективного трансцендентного переживания. Отделенность ведет к чувству одиночества, стремлению к любимому и страху хрупкости всяких отношений, выход за границы Я в единении с другим вызывает ощущение единства с миром, постоянства и творения нового [1].

Актуальной для нашего исследования является концепция Г. Амон, основателя динамической психиатрии, о формировании целостной личности - интегрированной Я-идентичности. Автор придает большое значение формированию границ «Я» под воздействием социальной энергии (родителей, первичной группы и т.д.). Нарушение формирования границ «Я» вследствие деструктивного или дефицитарного характера социальной энергии ведет к дезадаптации личности в социуме.

Г. Амон рассматривает «Я» как осознаваемое отождествление индивидуумом себя в качестве субъекта своих мыслей, эмоций, чувств, действий, сохраняющего внутреннее психологическое тождество настоящего, прошлого, будущего. В этой связи актуализируется вопрос о границах «Я» и необходимость разграничения «Я» и «НЕ-Я». Здесь важны два аспекта отношений; первое  – Я и внешнее окружение, и второе  – Я и внутреннее психическое. Я-граница мыслилась как процесс разделения различных психических содержаний, в котором «Я» рассматривалось как инструмент для разрешения противоречий между сознанием и бессознательным, индивидом и внешней реальностью, инстинктом и моральным требованием социума. Подвижность границ «Я» создает либо предпосылки для формирования бесконфликтной, относительно свободной от прессинга инстинктов, а также внешней реальности (расширение границ «Я»), либо препятствует развитию человеческой психической интеграции (сужение границ «Я»). Рассматривается два вида Я-отграничения: внешнее Я-отграничение, т.е. выстраивание «Я» гибкой коммуницирующей границы с окружающим миром и людьми и внутреннее Я-отграничение, т.е. коммуницирующий барьер, отделяющий и в то же время связывающий сознающее «Я» с неосознаваемыми чувствами, инстинктивными побуждениями, эмоциональными состояниями, образами, отношениями и др. элементами бессознательного.

В исследованиях М. Малер центральным высвечивается «развитийное значение процесса дифференциации Я», включающего ощущение себя как отграниченного и отличного от других человеческого существа с уникальной аффективной жизнью и индивидуальным набором личных ценностей и целей. Она отметила, что данный процесс проявляется на протяжении всего жизненного цикла человека, «он никогда не заканчивается; он всегда сохраняет активность, причем новые фазы жизненного цикла демонстрируют новые дериваты по-прежнему действующих процессов. По мнению автора, стадия сепарации-индивидуации начинается в возрасте от 4-х до 5-ти месяцев, возникая из матрицы недифференцированной «симбиотической стадии».

Наблюдения М. Малер поддерживают точку зрения, что упорное стремление к очерчиванию собственных границ существенным образом организует процесс развития на всем его протяжении [6].

Согласно представлений автора, с переживанием одиночества ребенок знакомится в конце первого - начале второго года жизни, когда начинает осознавать свою отдельность от матери и ограниченность собственных возможностей, что приводит собственно к «психологическому рождению». На стадии первичного нарциссизма, «Я» охватывает весь представляемый ребенком мир. Сужение границы Я происходит постепенно и связано с началом экспериментирования ребенка с объектами. Знакомство субъекта с реальностью может быть для него травматичным если реальность преждевременно вторглась в его границы.

В продолжение данной концепции можно отнести работы Д. Винникотта. Согласно его теории, способность ребенка к фантазированию и его желание фантазировать говорит о реальной возможности создавать и расширять переходное пространство для формирования чувства Я и окружающего мира. В его потенциальном пространстве взаимодействуют два типа состояний: «нет ничего кроме меня» и «есть объекты и явления за пределами моего всемогущества и неограниченного контроля». Так идет разрушение первичного нарциссизма и формирование собственных границ ребенка [2].

Представляет интерес концепция Х. Кохута, который определял психологическое здоровье, психологические границы в терминах эдипова комплекса. Наличие прочной самости является предварительным условием переживания эдипова комплекса. Если ребенок не воспринимает себя как имеющего границы, как постоянный независимый центр инициативы, он неспособен переживать объектно-инстинктивные желания, ведущие к конфликтам и вторичной адаптации эдипова периода.

На ранних этапах развития ребенка именно устойчивый, хорошо структурируемый и следовательно безопасный внешний мир является условием возникновения и формирования стабильной Я- идентичности, или самости в терминологии Х. Кохута [6].

Теоретический анализ изучения проблемы психологических границ показал, что по большей части это разрабатывалось в рамках психоанализа и гештальттерапии. Изначально «границы Я» рассматривалось как психоаналитическое понятие, выражающее степень доступности сознанию внешних по отношению к нему воздействий. Существуют внешние и внутренние границы Я. Внешние границы располагаются между Я и миром, выступая для самого человека как переживание «мое - не мое», «внутренние границы Я» разделяют сознание и бессознательное, препятствуя прорыву в сознание угрожающих элементов бессознательного психического материала и, тем самым, способствуя переживанию стабильности и непротиворечивости образа Я. Исходя из данного подхода, зрелый индивид обладает устойчивыми и динамичными границами Я, способностью гибко строить отношения с другими и обладать качеством автономности.

Настоящее исследование посвящено проблеме возникновения и развития побудительной роли границы в процессе становления личности как субъекта активности. В обыденном сознании термин "граница" связывается со многими понятиями, принимая различные значения - это и линия, разделяющая территории, рубеж, межа, грань, черта, линия, а так же то, что служит разграничению в различных сферах человеческой деятельности, чувств, представлений и т.п. Неоднозначность и широта применения термина «границы» наводит на мысль о глубинной сути, «корневой природы» этого понятия.

Высокая потребность в изучении феномена психологической суверенности, т.е. границы и создании ее концепции обусловлена поворотом теоретико-методологической ориентации современной отечественной и зарубежной психологии личности в сторону субъекта.

Возможность операционализации и валидизации основных понятий нашего исследования («психологической суверенности», «психологического пространства личности», «психологической ситуации», «границы Я») обусловлена высоким уровнем сложившейся теоретической и психометрической культуры, наличием фундаментальных и частных работ, посвященных обоснованию концептов психологам личности и созданию методического аппарата для их изучения и диагностики.

Можно констатировать высокую социальную и научную потребность в разработке категориального аппарата, позволяющего описать явление психологической суверенности, качественно и количественно диагностировать, а также установить систему ее индивидуально-личностных коррелятов. Все вышеперечисленное делает данное исследование исключительно своевременным и актуальным.

 

Список литературы

1. Кернберг О. Отношения любви: норма и патология / Пер. с англ. М.Н. Георгиевой. – М.: Независимая фирма «Класс», 2006. – 256 с. – Библиотека психологии и психиатрии, вып 76. С 60-65.

2. Калиненко В.К. Границы в культуре и культура на границах//Журн. практической психологии и психоанализа: Ежекварт. журнал электронных публикаций. - 2008. - 1 март.

3. Марцинковская T.Д. Психологические границы: история и современное состояние //Журн. Мир психологии, № 3 2008, с. 55-57.

4. Мельникова М.Л. Телесная граница и агрессивность: клинико-психологическое исследование. Ижевск, 2009, 180 с. Монография. Научное издание.

5. Рягузова Е.В. Виды и функции границ в психологических исследованиях. Известия Саратовского университета 2011, Т.11 Сер. Философия. Психология. Педагогика, вып.1 с. 89-94.

6. Хайнц К. Восстановление самости. Перевод с английского INTERNATIONAL UNIVERSITIES PRESS, INC. Madison Connecticut Москва «Когито-Центр», 2002, с. 88-95.

 

Комментарии ( 0 )

Сначала новые
Сначала старые
Сначала лучшие

АВТОРИЗУЙТЕСЬ ЧЕРЕЗ СОЦ.СЕТИ
ИЛИ ВОЙДИТЕ КАК ГОСТЬ

Войти

Поделиться:


2012-11-28
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?