Благодарность и подарок в терапевтических отношениях (фрагмент)

👁 24

Идёт ли путь к благодарности через подарок? В терапевтических отношениях подарок далеко не всегда равно благодарность. Мало того, он может свидетельствовать о трудностях, неясностях в терапевтических отношениях или об их отсутствии вовсе. Рассмотрим некоторые из таких случаев. Какие смыслы могут быть у подарка кроме благодарности?

            Клиент дарит подарок терапевту во многом потому, что так принято. И такой подарок напоминает ситуацию, типичную в отношениях клиент – пациент в медицинской модели: врачу положено дарить что-то, т.к. он в этот период жизни важный человек; у врачей маленькая зарплата и надо их поддержать, таким образом, восстанавливая  справедливость. Такие подарки характерны для социализированных клиентов,  которые часто поступают стереотипно. Вспоминается выражение, где подарки сравниваются с добрыми советами, которые доставляют больше радости дающему совет, чем человеку, который его получает (Эдуар Эррио). Тем не менее, важно отметить, что клиенты этими подарками показывают, что включают терапевта в круг важных и приятных для себя людей.

            В учреждениях, где оказывается бесплатная консультативная помощь, часто появляются подарки, на мой взгляд, имеющие лишь некоторое отношение к благодарности. Когда я работала в таком центре, при завершении первой же консультации клиент мог достать не только коробку  конфет, но и творог со сметаной, которую сам сделал. Слова, сопровождающие эти дары, были приблизительно такими: «Но вы же бесплатно консультировали, как-то неудобно». Для меня это был повод для открытого разговора о возможности платных консультаций в рамках моей частной практики. Некоторые клиенты с радостью переходили на более приемлемые и ясные для них  контрактные отношения. Другие клиенты открыто проявляли своё беспокойство, которое стояло за подарком, спрашивая, отличается ли качество бесплатной работы от платных консультаций. Недоверие, сомнения прикрывались неким подарком. Взяв такой подарок без прояснений, терапевт поддерживал бы эти чувства клиента. Открытый диалог об условиях и возможностях терапии освобождает терапию от лишнего. Такой диалог может быть инициирован терапевтом благодаря подарку клиента. И вместе с подобными подарками из терапии уходят подозрения и проекции, которые воплощались в них.

            Подарок всегда свидетельствует о чувствах. В терапии он может быть проявлением чувств клиента, порой неясных и для него самого. Одна клиентка с глазами, полными слёз, дарила мне на Новый Год небольшой сувенир. Интуитивно она начала «поздравление»  в середине сессии, а не в её завершении. В ходе нашего разговора оказалось, что и слёзы, и подарок связаны с человеком, к тому времени ушедшим из жизни. Он занимал важное место в жизни этой женщины. Но чувства к нему, к той перемене, которая произошла вместе с кончиной этого человека, не осознавались клиенткой. Как много бы я взяла не своего, чужого, если бы не состоялось этого важного разговора. Мы друг другу стали намного ближе после прояснения её состояния.

            Порой подарок после прояснения важно не взять, а оставить у клиента. Однажды клиент заявил, что хочет мне сделать подарок и просит, чтобы я его приняла. С Глебом на тот момент у нас было уже более 20 встреч. Первоначально он пришёл ко мне с просьбой участвовать в судебном процессе: он со своей бывшей женой «делил» ребёнка. Получив отказ и пояснения к нему, Глеб нашёл для себя смысл начать свою собственную терапию, где центральное место занимали его отношения с бывшей женой. На время «вручения мне подарка» реальные отношения бывших супругов были достаточно агрессивны. И именно тогда Глеб предлагает мне принять конверт с деньгами,  сумма которых в десять раз превышала мой обычный гонорар. Он объяснил, что скоро день рождения его дочери, и он хотел, чтобы у неё была такая же понимающая мать как я. Именно с обсуждения желания сделать этот подарок Глеб начал осознавать свою привязанность к бывшей жене, реальной матери его ребёнка, признавать свои настоящие чувства к ней. Среди чувств, которые он к ней испытывал, было много тёплых, но в увлечении войной неосознаваемых. Этот случай с подарком помог более открыто говорить о наших отношениях: о чувствах в них, об их возможностях, о реальности и иллюзиях.

            Подарок в начале или середине работы может свидетельствовать о сопротивлении клиента или даже о его желании закончить терапию. В моей практике был подобный случай. С Маргаритой Федоровной мы заключили контракт на 10 встреч. Это была активная дама пятидесяти шести лет. Она производила впечатление открытого человека, который знает, что хочет. Очарованная клиенткой и «нашими успешными продвижениями», я не сразу заметила, что темп, взятый нами, был слишком быстрый. На словах Мария Фёдоровна была смелой и решительной, а в переживаниях – ранимой, скрывающей свои особо болезненные чувства. Нам помог её внезапный подарок. После третьей встречи она вынула коробку конфет и была удивлена моим вопросом: «Придёт ли она в следующий раз?» На четвёртой встрече главным героем была эта коробка конфет, а в центре нашего рассмотрения - сомнения, беспокойства и страхи клиентки в связи с её новыми желаниями и решениями. Мы сделали несколько шагов назад, вернувшись к началу. В результате этого возвращения наши цели стали скромнее и умереннее, темп более спокойным. Внезапный подарок помог мне стать союзником тех чувств, которые клиентка в жизни привыкла игнорировать.

            О подарках, за которыми не благодарность, а многие трудные чувства, в том числе злость, пишет Нэнси Мак-Вильямс в разделе о вторичных (высшего порядка) защитных механизмах, описывая аннулирование: «Одна из моих пациенток иногда приносила мне в подарок цветы. Она была очень тревожной и могла бы принять мой отказ от подарка или даже анализ причины, по которой она мне его дарит, за глубинный отказ от её искренних импульсов. Поэтому я длительное время не предпринимала попыток исследовать значение подобного поведения. Однако моя пациентка смогла осознать тот факт, что она стремилась принести мне букет именно в тот момент, когда была особенно зла на меня. «Я думаю, что на самом деле это были цветы на вашу могилу,» - объяснила она улыбаясь». Как и в этом случае, не всегда терапевт может выбрать работу с исследованием смысла подарка в момент его получения. Но помнить, что у подарка есть значение, которое может быть далеко от благодарности - важно.

            В подарке может выражаться истинная благодарность: когда есть результаты в терапевтической жизни., когда и для клиента, и для терапевта они очевидны. Тогда легко даётся и принимается легко. Таким подарком могут быть - подарок-слово, цветы, книга или что-то другое. Такой подарок порой является точкой в терапевтических отношениях. Выраженная же благодарность начинаясь, продолжается в жизни обоих, переживая терапию во времени. И потом многое происходит благодаря тому, что состоялось, разрешилось в терапевтических отношениях. Благодарность – благо в дар. Она живёт после терапии в жизни клиента. Живёт большим здоровьем или более смиренной болезнью. Живёт, благо даря другим: близким и ближним.

            Иногда случается так, что клиент через некоторое время после встреч начинает делиться тем, что с ним происходит. Мария обратилась к терапии из-за частого пониженного настроения, доходящего до переживания безнадёжности и отчаяния. Хотя между нами был хороший контакт и доверие со стороны клиента, Мария не сразу приняла необходимость в терапии обратиться к переживанию смерти мамы. В реальности на это событие было наложено табу: не говорить о потере с близкими, стараться не показывать своих слёз. И хотя период депрессивного настроения длился около года, что совпадало по времени с уходом мамы, Мария не хотела признавать эту очевидную связь. Тем не менее, походив кругами, вернулись к главному. И после состоявшейся встречи с переживанием потери –письмо с благодарностью.

«Татьяна Николаевна, спасибо большое, не представляете, как отлегло. Я теперь стала понимать, что такое "видение художника" и почему одни и те же вещи они рисуют по-разному. Приснилась мама, мы с ней так обнимались. Хоть глаза у меня на мокром месте до сих пор, как ее вспоминаю, но все равно легче. Как нарыв вскрылся (не без вашего участия). Оживаю».

            Или письмо этой же клиентки чуть позже о том, как наши встречи «проросли» в отношения с сыном. «В душе у самой также успокоение. Тут на досуге пораздумала, сколько мне лет еще осталось жить. И пришла к выводу, что я - не вечная. То, что прожила 40 лет и все куда-то вперед смотрела, не замечала сегодня. А сколько осталось этих сегодня? Может 20-40 лет? И как-то само собой получилось, что каждый день для меня стал маленькой жизнью. Мне нравится, когда я себя так чувствую - спокойно. И еще - ведь если меня не будет - мир не перевернется, и всем моим будущим потомкам, так или иначе, но придется жить без меня. Что я могу? Жить так, как хотела бы, чтобы жили мои дети. Не приставать к ним, что можно, что нельзя, а дать попробовать самим уяснить это». Тепло и естественно принимается мной благодарность Марии. И не могу не замечать ту благодарность, которая переживается как сила, идущая от меня. Благодарность к Марии за её «оживание», за состоявшуюся совместность, которая внесла в её жизнь новые краски. Благодарность моим учителям и коллегам, с которыми живу в этой профессии.

«Спасибо. Спаси Бог. Спаси тебя Бог,» -  говорит нам старушка, получившая от нас милостыню. Говоря «спасибо», мы можем просить и о своём спасении, желать его. И хотя «спасибо» стало шаблоном, мало осознаваемым пожеланием, тем не менее, не так уж плохо, что это слово часто звучит в нашей речи. Важно, что есть шанс, возможность в какой-то момент осознать его смысл и суть.

            С одним из  клиентов терапия завершилась, на первый взгляд, не лучшим образом. Он проявил капризную требовательность, я - принципиальное упрямство. Поэтому работа, которая  продолжалась один раз в неделю в течение двух с половиной лет, закончилась  лишь телефонным разговором, а не периодом хотя бы в 10 встреч. Но уже 2 года на некоторые праздники и на свои дни рождения я получаю от него сообщения с поздравлением, в которых постоянно присутствует слово «спасибо». За что «спасибо»? Можно ли отнести это «спасибо» и к этому реактивному завершению? Или только к тому, что происходило до него? В числе многих чувств, которые я отмечаю у себя при получении таких его посланий, есть и недовольство собой,  нашим резким прекращением отношений. С другой стороны, есть и доверие всему происшедшему. Я могу предположить, что именно для этого клиента такое завершение могло быть полезно и даже терапевтично.  Быть может, именно моя твёрдость помогла ему  решиться проявить, материализовать уже возникшую внутри независимость и смелость быть без терапевта. Я принимаю «спасибо»  этого клиента как реальную благодарность. Одновременно через это «спасибо» я переживаю очевидность своего несовершенства, профессионального в том числе. И благодаря этому переживанию «спасибо» трансформируется в «Спаси Бог».

За что может быть благодарен терапевт трудному, «неблагодарному» клиенту? За свой опыт, приобретённый рядом с ним. За неудачи, которые учится переносить благодаря неблагодарности клиента. Неблагодарный клиент может возвращать нас на землю, обозначая, что наши возможности помощи ограничены.

Неблагодарность клиента или наша неблагодарность, вдруг осознанная, напоминает нам, что все мы в вечности обречены быть неблагодарными, но важно стремиться благодарить.

 



2011-10-29
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?