Заметили ли Вы, дорогие читатели, что спокойных детей становится все меньше и меньше? Современные мальчишки и девчонки, в большинстве своем, не обошлись без модного диагноза "гиперактивность". Диагноз этот щедро ставят как нерадивые врачи, так и сами родители, а еще бабушки на скамейке, соседи, и просто прохожие, созерцающие проделки маленьких сорванцов.

Дане 7 лет. В прошлом он - идеальный ребенок. Почему идеальный? Да потому что он очень любил рисовать и собирать модели из конструктора. И этим занятиям он мог посвящать час, два, а то и три. А еще Дане всегда с легкостью давались задания на внимательность и на моторику (причем мама никогда не водила его ни на какие развивающие занятия, а занималась с ребенком сама). Но год назад "ребенка подменили". Он перестал быть идеальным. Даня стал очень невнимательным: может забыть дома портфель, не заметить угла в комнате и врезаться в него, забыть аккуратно (как раньше) повесить свою одежду в шкафчик. А еще он перестал слушаться родителей и выполнять свои обязанности. Но самое страшное: он совсем перестал рисовать и строить модели из конструктора. Любимые занятия теперь могут увлечь его максимум на 15 минут. Зато у него появились новые развлечения: бегать взад-вперед по комнате, футбол, и катание на велосипеде.

Пока мама (у которой, кстати, есть еще 2 ребенка) рассказывала эту историю, Даня спокойно сидел в кресле, иногда поднимая на нее свои глаза. Ему было скучно, и он явно не понимал, в чем его обвиняют. Я предложила Дане выбрать игрушки, с которыми он хотел бы сейчас поиграть. С заданием мальчик справился достаточно быстро. Но, к моему удивлению, в заветной коробочке предметов было очень мало: парочка машин, 2 птички из "Angry Burds" и 3 фигурки супер-героев. У самого Дани эти игрушки интереса не вызывали, мне так показалось. Но тут его взгляд упал на конструктор. Детальки были из разных наборов Лего, никаких инструкций, никаких указаний. Ребенок начал "творить". А я засекла время - 15 минут, как пообещала мне его мама. Но прошло 15, 20, 30 минут, а ребенок все также был погружен в конструирование. Я стала задавать Дане вопросы про его постройку. Он, конечно, отвечал, но с большой задержкой. Нет, не потому что не хотел отвечать, а скорее потому что я его отвлекала этими вопросами. Даня был очень погружен в процесс. В куче рассыпанных по полу деталек он по одной подбирал те, которые необходимы именно для его творения. Я решила его не отвлекать. В кабинете стояла гробовая тишина. Как будто в нем никого нет...

У меня появилось желание встать и пойти поделать "свои дела": обработать опросник мамы, подвинуть столик, прибрать карандаши. Ведь ребенок занят, я его отвлекаю своим активным участием.. "А мое ли это желание?" - вдруг подумала я. И решила провести эксперимент. Я все-таки встала и пошла делать свои дела, но при этом я постоянно наблюдала за Даней. Гробовую тишину вдруг нарушило резкое шуршание пакетиков от Лего. Я обернулась, но Даня как будто также собирал конструктор. Хотя нет, не также: он брал детальки уже не по одной, а по несколько. В итоге все они неловко высыпались из его ладошек. А машина, которую он тому моменту почти уже достроил, волшебным образом чуть ли не развалилась буквально за 2-3 минуты моего "отсутствия". Когда я подошла к мальчику, сразу перестали шуршать пакетики, и детальки снова вернулись на свои места в новой машинке.

На следующей встрече с родителями Дани я спросила у мамы: "Чем Вы занимались в то время, когда Даня 2 часа строил модели из конструктора?". Ответ был однозначный и предсказуемый: "Своими делами".

Мария Владимировна Осорина в своей замечательной книге "Секретный мир детей в пространстве мира взрослых" пишет о том, что детское самосознание долгое время несовершенно, оно не дает ребенку подтверждения, что он реально существует в этом мире. Поэтому ребенок постоянно нуждается во внешних подтверждениях факта своего существования.

Ему как будто постоянно нужно зеркало, в которое он может посмотреть в любой момент, увидеть себя и успокоится «Это я. Я себя вижу. Я есть!». Главными «зеркалами» для ребенка выступают его родители. И чем точнее они будут отражать самого ребенка и его действия, тем быстрее он сможет освоить этот мир и научиться в нем жить.

Здесь же лежит и причина того, почему маленькие дети довольно долго не могут научиться играть в прятки. Суть не в том, что они не понимают стоящей перед ними задачи — тихо сидеть и не выглядывать, а в том, что психологически не могут вынести эту ситуацию. Им кажется, что если они стали другим не видны, то таким образом перестали для других существовать.

Подолгу рисуя, или собирая конструктор, Даня как будто исчезает. Ведь рядом нет ни мамы, ни папы, чтобы подтвердить факт его существования (они ушли по своим делам). Ребенок вынужден греметь и шуметь, выходить из комнаты, бегать туда-сюда, чтобы родители "подтвердили" своей реакцией, что они его видят, а значит он есть, он существует. Даня настолько исчезает даже сам для себя, что не замечает углов и столбов. И тогда боль становится той обратной связь, так необходимой ему в том, чтобы ощутить себя существующим в этом мире.

В данном случае внимательность для Дани - это путь в небытие.

Мы, взрослые, часто сами спешим и торопимся (у нас ведь так много дел!), поэтому становимся очень не-внимательны к своим собственным детям. А ведь им много не надо. Надо только иногда подходить к ним, когда они спокойно сидят и играют, или рисуют, и показывать, что мы видим их, и то, что они делают: "Я заметила, что ты раскрасил волосы в желтый цвет", "Ты собрал большой дом, он 3-этажный, и каждый этаж своего цвета", "У тебя отлично получилось раскрасить яблоко и грушу, уверенна, что киви получится таким же красивым", "Мне очень понравилось, как аккуратно ты наклеил наклейки".

 И тогда ребенку не придется становиться гиперактивным, и бегать туда-сюда по комнате, чтобы мы его заметили..

 

2016-07-10
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?