Эссе по работе З. Фрейда «Фрагмент анализа истерии (История болезни Доры)»

236Эссе по работе З. Фрейда «Фрагмент анализа истерии (История болезни Доры)»
Эссе по работе З. Фрейда «Фрагмент анализа истерии  (История болезни Доры)»

Эссе по работе З. Фрейда «Фрагмент анализа истерии

(История болезни Доры)»

Вводное замечание

Вынесение на публику случаев невротических больных, и конкретно – истерии – ставит психоаналитика перед этической дилеммой. Причина истерических заболеваний находится в интимной психосексуальной жизни больного, а истерические симптомы – проявления самых тайных вытесненных сексуальных желания пациентов. Соответственно, успешные клинические случаи излечения истерии - открытие этих интимных переживаний, разоблачение тайн. Обязательства врача – сохранить в тайне откровения пациентов. Долг ученого требует открытого сообщения о структуре истерии и демонстрации на конкретном примере. Ведь многие страждущие должны иметь возможность обрести исцеление от подобного недуга.

Таким рассуждением З. Фрейд предваряет разговор о психоаналитическом лечении своей пациентки.

Примирением противоречивых мотивов может быть полная анонимность клиента, невозможность сопоставить озвученные для психоаналитика тайны душевных переживаний и факты социальной жизни. Такой пациенткой стала женщина из другого города, никто не знал, что она была пациенткой Фрейда, и прошло четыре года после того, как по желанию клиенткианализбыл прерван по достижению промежуточного результата. Псевдоним клиентки – Дора, это 18-летняя девушка, за лечением которой обратился ее отец.

Методологические отступления

Прежде, чем излагать историю болезни и ход лечения Доры Фрейд считает важным указать на некоторые особенности истериков и связанные с ним моменты лечения.

Особенности рассказов истериков о своей жизни

Рассказ истериков об их жизни, заболеваниях, проблемах З. Фрейд сравнивает с непроходимым для судов заливом, где скалистое дно перемежается с песчаными отмелями. О каком-то периоде своей жизни пациенты-истерики могут информировать врача связно и гладко, в другие периоды покрыты мраком, а объяснения больных только запутывают историю. Даже самые очевидные взаимосвязи разорваны, последовательность событий ненадежна, важные факты и даты переставляются местами. Последовательная история болезни может появиться только в конце лечения.

Частично это объясняется сознательными уклонениями от предоставления важной информации из-за непреодоленных робости и стыда; вторая причина – неосознаваемая неоткровенность без злого умысла; третий фактор - амнестического свойства – забывание как старых, так и новых впечатлений, ложные воспоминания.

Помощь к обрывочным запутанным повествованиям пациентов-истериков приходит из толкования их сновидений.

Роль толкования сновидений в клиническом случае истерии

Подробное изложение содержания снов Доры важно, по мнению Фрейда, поскольку эти сны в концентрированном виде отражают суть болезненных переживаний пациентки. Их толкование в переплетении с воспоминаниями открыло путь к истокам расстройства и объяснению симптомов. Уделяя много внимания снам пациентки, Фрейд преследовал еще одну цель, лишь косвенно относящуюся к рассматриваемому случаю – продемонстрировать результативность психоаналитического метода толкования сновидений. Только пять лет отделяет описание случая Доры от выпущенного в 1900 г. Фрейдом трактата «Толкование сновидений» и Фрейд еще не отошел от разочарования пренебрежительного невнимания к методу со стороны коллег. Материал случая Доры показывает, насколько сновидение важно при лечении именно истерии.

Отвлекаясь от самого случая, Фрейд напоминает о сути метода толкования сновидений. А позже, при анализе снов Доры, демонстрирует элементы техники работы со сновидениями.  Сновидения представляют собой вытесненный в результате его неприемлемости психический материал, который прорывается обходными путями из бессознательного к сознанию. Вплетение материала сновидений в контекст анализа способствует решению задачи осознания наиболее скрытого в душе.

Семейная ситуация Доры

Семейный круг Доры включала родителей и старшего (на полтора года) брата. Доминирующей фигурой в семье всегда был отец, энергичный одаренный мужчина, состоятельный фабрикант. Когда Доре было шесть лет, из-за болезни отца туберкулезом семья переехала в южную провинцию страны с более благоприятным климатом. Когда Доре было десять, отцу было прописано лечение темнотой из-за отслоения сетчатки глаз. Когда Доре было двенадцать, у отца случились приступы паралича и легкие психические нарушения (как выяснилось, последствия сифилитической инфекции еще до брака).

Фрейд, лечивший в тот период отца Доры, считает его сифилитическую инфекцию конституциональным признаком предрасположенности девушки к невропатологическому заболеванию. Неблагоприятную наследственность подтверждают и родственники отца – его старший брат, холостяк-ипохондрик и старшая сестра, страдавшая тяжелыми формами психоневроза. Мать Доры была неумной домохозяйкой с ограниченным кругом интересов, в том числе с полным непониманием своих детей. Дора была нежно привязана к отцу и не замечала матери, жестко критиковала ее и уклонялась от малейшего влияния с ее стороны. Дора отдавала предпочтение не только отцу, но и его родственникам. Отношения со старшим братом, который был для Доры идеалом в раннем возрасте, к периоду болезни девушки ослабели. Брат занимал сторону матери, а чаще уклонялся от семейной смуты.

История возникновения заболевания

Нервные симптомы начали проявляться у Доры в возрасте восьми лет в виде нарастающих нервных удуший. В двенадцать лет у нее возникли мигренеобразные головные боли и припадки нервного кашля. Сначала симптомы шли совместно, потом разделились. К шестнадцати годам головные боли почти исчезли, а припадки нервного кашля участились и усилились. Во время них у Доры пропадал голос. Обычные медицинские процедуры не оказывали никакого действия, и, в конце концов, Дора отказалась от услуг любых врачей. Нервное происхождение симптомов кашля, замечает Фрейд, не вызывало сомнений. Главным признаком ее болезни было дурное настроение и изменения в характере. Дора стала недружелюбна к отцу, а присутствие матери вообще не переносила. Девушка жаловалась на усталость и рассеянность. Однажды родители обнаружили в ящике ее письменного стола письмо, где она прощалась с родными, так как «не могла больше выносить такую жизнь» (письмо было провокационным). Вскоре после одного случая у Доры случился припадок с потерей сознания и амнезия. Тогда властное слово отца, несмотря на сопротивление, заставило Дору обратиться к Фрейду.

Отец Доры сообщил обстоятельства, предшествующие заболеванию.

Семья Доры давно сдружилась с жившей по соседству семьей К. Госпожа К. заботилась об отце во время его болезни, господин К. был любезен по отношению к Доре, часто гулял с ней и делал маленькие подарки, а Дора ухаживала за маленькими детьми К., как бы замещая им мать.

Незадолго до болезненного приступа случился инцидент: во время прогулки по озеру г-н К. предложил ей любовную связь, г-н К. отрицал этот факт и обвинял Дору в фантазиях из-за чрезмерного увлечения чтением книг о сексе. Дора настаивала на прекращении общения отца с семьей К. Отец не соглашался, во-первых, разделяя мнение г-на К. о выдумке Доры, а во-вторых, был заинтересован в г-же К. Он уверял, что его состояние здоровья избавляет от подозрений в сексуальном интересе к г-же К., их связывает дружба на взаимной душевной заинтересованности.

Инцидент с г-ном К., но главное - реакция отца стали психической травмой, которая привела к возникновению истерии. Готовность отца, считать инцидент просто фантазия вызывало у девушки горькую обиду.

Теоретическое отступление - поздняя психическая травма и предшествующий период в генезисе истерии

Фрейд отвлекается от случая Доры, чтобы пояснить роль психической травмы в истерическом расстройстве и более ранних обстоятельств жизни.

Совместной заслугой З. Фрейда и его учителя Й. Брейера стало указание на психическую травму как обязательное предварительное условие развития истерии. Такая поздняя психотравма - необходимое, но не достаточное условие для истерии. Обязательно должны быть более ранние предпосылки для объяснения своеобразия и детерминации симптомов. Еще до травмы и сильного проявления болезни можно видеть симптомы, указывающие на расстройство. У Доры это нервный кашель, афония, дурное настроение. Фрейд настаивает, что аналогичные травме впечатления и события имели место задолго до нее, в раннем детстве. Поэтому в работе с истерическим больным нужно исследовать историю жизни вплоть до первых детских лет.

Клубок отношений с семьей К.

Поиски более ранних впечатлений, чем известный инцидент с г-ном К., позволили обнаружить более раннюю сцену с указанным господином: в самом начале дружбы семей, когда Доре было четырнадцать лет, г-н К. прижал ее к себе и поцеловал. Дора убежала, и никому не сказала об этом случае. Поцелуй вызвал у нее очень неприятные ощущения - тошноту, которая, однако не закрепилась в виде симптома. Симптомом же стало ощущение давления в грудной клетке. Произошедшее смещение Фрейд объясняет тем, что Дора ощутила не только поцелуй, но и давление эрегированного члена. Но это непристойное для нее восприятие было вытеснено из сознания, а в теле проявилось смещением ощущения с нижней части тела на верхнюю. По мнению Фрейда такое смещение – уже признак истеричности.

Восемнадцатилетняя пациентка Дора утверждала, что тогда, в возрасте четырнадцати лет, она ничего не знала о проявлениях возбуждения у мужчин. Чему Фрейд сразу не поверил и убедился в своей правоте позже при анализе второго сновидения.

Дора не смогла простить отцу продолжение общения с г-ном К., и особенно с г-жой К. после основного инцидента. Фрейд полагает, что Дора видела то, что скрывал отец – его сексуальный интерес к даме. Никакие отговорки отца о «нежной дружбе» не могли убедить проницательный и ревностный взгляд девушки в истинной природе этих отношений. Фрейд приводит несколько эпизодов в отношениях между отцом Доры и г-жой К., которые Дора усердно копила в своей памяти. Их дружба началась во время болезни отца, тогда г-жа К. предано ухаживала за ним, а жена, мать Доры, отстранила от себя эту тяжкую обязанность. Отец Доры делал г-же К. дорогие подарки, на отдыхе в отеле они брали себе отдельные комнаты в конце коридора напротив друг друга, их вместе наедине в лесу, они совершали одновременные путешествия в одни и те же места.

У Доры возникла мысль, что она была одолжена г-ну К. как плата за допущение отношений между отцом и г-жой К. Если бы эта мысль была озвучена, то оба мужчины яростно воспротивились против нее. Объяснения отца: такой мужчина как К. не может быть опасен для Доры; Дора еще ребенок; за свою дочь я могу ручаться и тому подобное. Однако все поведение обоих мужчин указывало на их неискренность, избегать делать выводы о поведении друг друга и своем собственном.

При всей справедливости упреков мужчинам-«героям», Фрейд считает обоснованным предположить наличие аналогичных самоупреков у Доры. Упреки мужчинам были проекцией того, в чем девушка не могла признаться самой себе. До инцидента на озере Дора не замечала, что она такая же со-участница сложившихся отношений, как и остальные. До инцидента она всячески содействовала поддержке отношений отца с г-жой К., например, не шла к ней, если ожидала застать там отца, выбирала маршрут, чтобы не встретиться с отцом и его дамой. А когда старая гувернантка, служившая в их доме, попыталась открыть всем глаза на отношения отца и госпожи К., именно Дора настояла на ее увольнении. Правда выяснилось и то, что ранее гувернантка с безразличием относилась к Доре, проявляя формальную заботу о девочке, только чтобы угодить ее отцу, в которого была влюблена.

Как безразлично относилась гувернантка к маленькой Доре, так же и Дора относилась к детям К. Занятия с детьми были предлогом, и скрывали совсем иные желания. А именно – влюбленность в г-на К. Этой скрываемой влюбленностью объясняется содействие отцу в общении с госпожой К. Разъяснение закономерно возникающего вопроса – почему Дора отвергла г-на К. на озере – Фрейд откладывает до второго сна Доры.

Все члены этого сложного запутанного клубка отношений «придумывали» себе болезни для достижения скрытых целей. Отец «сочинил» болезнь, чтобы г-жа К. могла ухаживать за ним (в этом Дора также упрекала отца). Г-жа делалась больной накануне приезда мужа, хотя за день до этого, гуляя с отцом Доры, была совершенно здорова. А приступы кашля Доры были сигналом тоски об отсутствующем любимом (Фрейд выяснил, что эти события в первый период общения семей совпадали по времени).

Теоретическое отступление - мотивы болезни при истерии

В качестве теоретического отступления Фрейд рассуждает о мотивах болезни. Любому заболеванию присущи так называемые первичный и вторичный выигрыши. Первичный выигрыш состоит в том, что заболевание разрешает психический конфликт путем ухода от него. Более ценно для понимания невроза существование вторичного выигрыша. Через свое заболевание больной может получать то, чего он лишен, будучи здоровым. Наглядный пример: ребенок, получающих от родителей достаточное количество ласки лишь при болезни, начинает чаще болеть. Процессы эти бессознательны, поэтому психоанализу труднее бороться с ними, чем судьбе, которая резко изменив обстоятельства жизни человека может устранить мотив быть больным. Вторичный выигрыш вызывает сильное сопротивление пациента выздоровлению, ведь больной сживается со своим недугом, для него он становится способом жизни.

Символическое толкование симптомов Доры

Кашель – выражение тоски по отсутствующему любимому. Афония – отказ от устной речи, раз нет возможности говорить со своим любимым. Улучшения письменной речи при возникновении афонии - возможность вступить в общение с любимым, когда он далеко (во время отъездов г-н К. часто посылал Доре открытки).

Символика соматических симптомов показывает, что все они психологически обусловлены. Любой истерический симптом, - полагает З. Фрейд, - характеризуется двусторонностью – психологической подоплекой и соматической встречностью на одном из органов тела. Смысл истерического симптома не появляется автоматически, он присуждается симптому в зависимости от стремящихся выразиться бессознательных мыслей. Имеет место обратный процесс - исследование психического значения симптома устраняет его.

Симптомы имеют более одного значения, - отмечает Фрейд. Он одновременно отображает разные ходы мыслей. Одно из значений любого симптома – сексуальное, оно отображает какую-либо сексуальную фантазию.

Нервный кашель мог получил Доры еще одно толкование, связанное с отношением к отцу.

Бессознательное отношение к отцу

Производимый до сих пор анализ запутанного клубка отношений отца Доры и ее самой с супругами К., Фрейд считает лишь первым пластом. За ним находится более глубокий – отношение Доры к отцу. Болезненное состояние, предшествующее обращению к психоаналитику, - попытка с помощью него оторвать отца от г-жи К. Упреками, просьбами, даже угрозами («предсмертное» письмо ящике стола) ничего не удалось, поэтому бессознательно Дора выбрала соматический способ, - уже освоенный ее телом. Бессознательное Доры решило, что если и таким способом не удастся оторвать отца от г-жи К., то она хотя бы отомстит ему.

Неоднократно в ходе психоанализа у Доры проскальзывала мысль о том, что г-жа К. любит отца только потому, что он зажиточный мужчина. Сексуальная подоплека этого утверждения: отец – несостоятельный мужчина в сексуальном плане. Кажущееся противоречие этого вывода с прежними заявлениями о любовной связи отца и г-жи К. Дора объяснила просто – есть другие способы удовлетворения, чем использование гениталий. Подразумевалось, что через рот. Именно эта область и была у Доры частью тела, где проявлялся симптом. Ее приступы кашля начинались с першения в горле, символизируя таким образом ситуацию сексуального удовлетворения. После такого объяснения сам кашель бесследно исчез.

Теоретическое отступление – разговора о сексе с клиентами

Шокирующий многих обывателей и специалистов выход в ходе психоанализа на бессознательные сексуальные фантазии у восемнадцатилетней девушки, да еще столь откровенный разговор о них, побуждает Фрейда объяснить не просто допустимость, но необходимость таких бесед с пациентами. Главное – выбрать правильный способ о таких вещах – прямой и сухой.

В курсе лечения важно понимать, что бессознательное аффективное воздействие гораздо вреднее, чем воздействие осознанной идеи. Сексуальная подоплека истерии, как и других неврозов, делает неизбежным обсуждение сексуальных фантазий, в том числе перверсий и патологий. Вообще понятие нормы очень относительно и зависит от культурных традиций. Например, такой вызывающий отвращения у современников способ удовлетворения у мужчин как гомосексуализм в Древней Греции был одобряем и имел важные социальные функции. Перверсии не являются зверством или вырождением. Это бессознательные фиксация на каких-то этапах, которые в норме проходит любое человеческое существо в своем развитии. Бессознательные фантазии маленьких детей имеют то же содержание, что и перверсные склонности взрослых. Психоневрозы, можно сказать, являются негативом перверсий. Энергия влечения для формирования истерических симптомов предоставляется не только вытесненной нормальной сексуальностью, но и бессознательными перверсными побуждениями.

Слизистая оболочка губ и рта – первичная эрогенная зона, младенцы получают основное удовлетворение от сосания, у взрослых эта зона сохраняет значение для поцелуя. Символическое значение першения в горле сможет символизировать тайную мысль-желание Доры: «если бы я была его жена, я бы любила его совершенно по-другому».

Теоретическое отступление –работавытесненного

Наличие какой-то постоянно повторяющейся мысли (у Доры это мысль об отношении отца и г-жи К. и невозможности простить отца за это) – сигнал о том, что имеется бессознательно вытесненный материал, скрывающий другую мысль. Скрытая бессознательная мысль часть противоположна сверхценной сознательной мысли. Фрейд называет усиление сознательной мысли за счет скрытой бессознательно парной мысли реактивным усилением. Вытесненная и реактивная мысли соотносятся как полюса магнита. Реактивная удерживает вытесненную в бессознательном, и бессознательная становится невосприимчивой к осознаванию.

Отношение Доры к отцу (продолжение)

За усиленной мыслью Доры о связи отца и г-жи К. скрывается совсем не дочернее чувство. Дора чувствовала и действовала по отношению к отцу чаще как ревнивая женщина. Фрейд напоминает об ультиматуме «она или я», угрозами самоубийства в письме, которое она явно позволила обнаружить. Дора одновременно идентифицировалась с двумя женщинами - матерью и г-жой К., - женой отца и его нынешней возлюбленной. Ее Эдипов комплекс с самого начала был более интенсивным из-за конституциональной предрасположенности и получил усиление в детские годы или пубертатный период. Закреплению могли способствовать и ранние мастурбации. Отец, гордясь рано развитым интеллектом ребенка (противопоставляя его неумной жене) еще в детстве приблизил Дору к себе. А болезни отца дополнительно усилили нежность Доры к нему.

Конфликт отношений Доры - отец, г-н К. г-жа К.

Влюбленность Доры в отца не проявлялась годами. С женщиной, которая оттеснила ее отца Дора, долгие годы была в теплых дружеских отношениях и сама способствовала ее связи с отцом. Для какой цели была оживлена любовь к отцу? – задает Фрейд вопрос. И отвечает – в качестве реактивного симптома, чтобы подавить что-то в бессознательном. Вся ситуация дает основания предполагать, что это подавляемое – любовь к г-ну К. По каким-то мотивам эта любовь вызывала мощное сопротивление.

Позже Фрейд выясняет, что это за сопротивление. Первая версия такая Гувернантка Доры, которую потом Дора оттолкнула из-за неверности, смогла донести до девочки свой жизненный опыт, что все мужчины легкомысленны и ненадежны. Знание о венерической болезни отца сформировали у девочки представление о нехороших выделениях у мужчин, которые заражают женщин (как отец заразил мать). Мысль о половом акте с мужчиной вызывала у Доры отвращение. Отвращение вызвало и объятие и поцелуй г-на К., несмотря на любовь к нему. Но только на самом последнем сеансе стал известен истинный мотив сопротивления.

Возвращаясь к отношению Доры к г-же К., Фрейд дает интерпретацию ее ревностного отношения. У любого взрослого человека имеются остатки гомосексуальной направленности, поскольку инфантильная гомосексуальность – естественный элемент сексуального развития. В раннем возрасте она проявляется в нарциссическом выборе объекта по сходству с собой, в пубертатный период – в нежной дружбе с представителями своего пола. В позднем возрасте гомосексуальность может усиливаться из-за трудностей обретения счастья с представителем противоположного пола, тогда либидо перенаправляется на однополый объект. Конституциональная предрасположенность невротиков к перверсиям объясняет более выраженную гомосексуальную направленность либидо у Доры. Его объектом была г-жа К. До инцидента на озере с г-ном К. они обсуждали самые интимные женские проблемы, г-жа К. поверяла Доре о своих сложных отношениях с мужем, Дора делилась с ней своим интересом к физиологии секса и чтению литературы на эту тему.

В результате инцидента на озере и последующих разбирательств выявилось предательство г-жи К. Только от нее г-н К. мог узнать об увлечении Доры литературой по «такой каверзной теме». Как раньше гувернантка, г-жа К. показала, что ей не важна личность Доры, девушка нужна лишь чтоб поддерживать связь с ее отцом. Фрейд предполагает, что обида на г-жу К. могла подействовать на Дору более патогенно, чем обида на отца. Слова Доры о том, что она завидует «этой женщине за обладание отцом» могли иметь противоположный смысл – зависть к отцу за обладание этой женщиной.

Сновидения Доры и их интерпретация

В своем описании случая Доры З. Фрейд много места уделяет анализу двух ее сновидений. В целом они подтверждают уже сделанные выводы о психической составляющей невроза пациентке, и только дополняют и проясняют некоторые моменты комплекса ее переживаний. Отличительной чертой описания интерпретаций сновидений Доры в рассматриваемой работе Фрейда является приведение больших фрагментов диалога. До этого в изложение случая только изредка вкрапляются примеры фраз Доры.

Сновидение первое

Содержание сновидение: В доме пожар, отец будит ее, она быстро одевается; мать хочет взять шкатулку с драгоценностями, но отец останавливает мать и говорит, что не хочет, чтобы из-за шкатулки с драгоценностями сгорели два его ребенка; все идут вниз и как только оказываются во дворе, Дора просыпается.

Контекст сновидения: Этот сон Дора видела несколько раз, начиная с детства. Потом три ночи подряд после произошедшего на озере инцидента, они тогда гостили в домике у К. (Дора задремала днем, а когда проснулась, увидела перед собой г-на К.; она попросила ключ, чтобы запирать комнату, но на следующий день ключа не была и Дора предполагает, что его забрал К. Когда-то ранее г-н К. подарил Доре шкатулку). Сон вновь приснился ей во время психоанализа. (В те дни отец сильно ругался с мамой из-за того, что она заперла столовую (только через столовую был вход в комнату брата)).

Интерпретации сновидения: Сон имеет отношение к телесным потребностям, и эти потребности сексуального характера. Символическое запирание, замыкание означает страх угрозы сексуального вторжения-насилия. Шкатулка с драгоценностями символизирует женские гениталии, а связанность шкатулки с г-ном К., вместе с темой запирания, означаетжеланиег-на К. проникнуть в нее. А отец спасает Дору от поползновений со стороны К. Более глубокий пласт – вытесненное желание Доры отдать г-ну К. то, в чем отказывает отцу мама, а г-ну К. его жена. То есть вступить с ним в интимную связь. Пожар в сновидении символизирует противоположность огня – воду, а вода символически обозначает и сексуальность, и мочи. У Доры в детском анамнезе было недержание мочи и мастурбации. Во сне был призыв отца спасти ее от г-на К., как в детстве он спасал ее недержания мочи. Таким образом, тема сексуального удовлетворения проявлялась в сновидении Доры с самого детства. Краткая формула сновидения во время психоанализа: «Прочь оттуда, где моей девственности угрожает опасность поддаться искушению».

Сновидение второе

Содержание сновидения: Дора гуляет по незнакомому городу, на одной из площадей видит монумент, затем заходит в свой дом и видит письмо от матери, где та сообщает, что отец умер, и Дора может вернуться домой. Дора хочет найти вокзал, но никто из прохожих не говорит определенно, где он находится. Затем Дора заходит в лес и встречает мужчину, который вызывается проводить ее на вокзал. Дора не соглашается, идет одна, видит вокзал, но не может туда попасть. Это сопровождается чувством страха. Тут она оказывается дома и узнает, что мама и все остальные уже на кладбище. Дора заходит в свою комнату и начинает читать книгу.

Контекст сновидения: Этот сон приснился Доре незадолго до прерывания ею психоанализа. На одном из сеансов был разговор, что у Доры есть знакомый молодой человек, который намерен сделать Доре предложение, но пока его материальное положение недостаточно и он уехал в другую страну на заработки.

Интерпретация сновидения: Чужой город с монументом символизирует молодого человека, находящегося на чужбине. Вокзал как закрытое помещение символизирует женские гениталии. Смерть отца, то есть его удаление из дома, указывает на письмо самой Доры о смерти. Лес в сновидении напоминает лес на берегу озера, где произошла сцена с г-ном К., а мужчина в лесу – сам г-н К. Чтение книги, когда все уехали на кладбище указывает на желание без опасения критики получать любую информацию, в том числе на тему секса. А также любить того, кого она хотела, не опасаясь диктата родителей.

Резюмируя общий смысл сновидений в контексте психоанализа, Фрейд отмечает: первое сновидение означает поворот от любимого мужчины назад к отцу, второе – отрыв от отца и возвращение к жизни.

Завершение психоанализа и дальнейшая судьба Доры

Проходивший всего три месяца психоанализ был прерван самой Дорой по ее желанию.

На последнем сеансе открылся истинный мотив отвержения Дорой г-на К. Он связан со случаем с г-ном К. и служившей у К. гувернанткой, известному Доре. Как-то во время отъезда жены, г-н К. соблазнил девушку, имели место слова «Я ничего не испытываю к своей жене». Эти же слова он произнес для Доры на озере, намереваясь сблизиться с ней. Вытесненная история гувернантки всплыла в сознании при этих словах.  Дора отвергла ухаживания г-на К. из-за ревнивой мести, оскорбленности, что с ней обращаются также как с гувернанткой. Фрейд предположил, что первоначальные планы Доры на г-на К. были более серьезными, чем она все время пыталась показать. Дора ждала, развода К., чтобы любимый мог сделать ей предложение. А после инцидента ждала продолжения ухаживаний как доказательство серьезности намерений г-на К. Но сама же не дала им произойти. Дора все рассказала родителям, а потом впала в невроз. Дора согласилась с интерпретаций Фрейда.

Фрейд выражает сожаление, что анализ не был доведен до конца. Достигнутый результат устранил симптомы, и, несомненно принес облегчение девушке. Однако через некоторое время она вновь заболела. Факт нового заболевания Фрейд связывает с преждевременным прерыванием лечения, и видит в этом и свою вину. Он проглядел первые признаки переноса, который всегда сопровождает процесс психоанализа, не проработал перенос должным образом. А также не разгадал некоторые намеки пациентки на нежелание продолжать анализ.

Долгое время Дора жила в одиночестве, занимаясь учебой. А спустя несколько лет стало известно, что Дора вышла замуж за того молодого мужчину, который уезжал на заработки.

Теоретическое заключение об истерическом неврозе

Характерная черта больных неврозом – неспособность осуществить реальные требования любви. Противоречия между реальностью и фантазиями затрудняют жизнь больных. В реальности бегут от того, чего страстно желают в фантазиях. И безудержно отдаются фантазиям, где им не нужно опасаться за реализацию.

Основное содержание этих фантазий – сексуальные отношения. Сексуальная функция – основа истерического невроза, как и всех неврозов вообще.

Заключение

В истории Доры на материале ее клинического случая и психоаналитических интерпретаций продемонстрирован внутренний конфликт, его внешнее выражение в невротических симптомах, элементы техники практического психоанализа. З. Фрейд сетует на кратковременность и незавершенность анализа, из-за чего не были затронуты более глубокие, идущие из детства, корни невроза пациентки. Однако при всей важности полного анализа для излечения пациента, для наблюдателя-читателя подробный фрагмент может принести иногда даже больше пользы. Особенно для читателя, знакомого с основными теоретическими положениями психоанализа. Чем более полон анализ в целом, тем труднее поддаются описанию его частные значимые

Остается поблагодарить З. Фрейда за живое, подробное разоблачение интимных переживаний пациентки и демонстрацию психоаналитической работы с ее случаем. Думается, работа «Фрагмент анализа истерии» - важный элемент целостного понимания психоаналитического подхода.

Источник:

  1. Фрейд З. Фрагмент анализа истерии (История болезни Доры). 1905 г. // З. Фрейд Знаменитые случаи из практики / пер. с нем. – М. Когито-Центр, 2007. – С. 41-153.
Татьяна Витальевна

Поделиться:


2018-11-15
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?