И снова, о нарциссизме

👁 25

“Сильный эгоизм защищает от болезни, но в конце концов, необходимо начать любить, что бы не заболеть, и остаётся только заболеть, , когда вследствии несостоятельности своей лишаешься возможности любить.”

Фрейд.

 

Мне захотелось поразмышлять о болезни нашего времени- о нарциссизме. Люди озабочены самореализацией и самоактуализацией. Постоянное стремление к достижениям- бизнес, политика, диеты, спорт- но, ради чего? Работая с нарциссичными клиентами, я обнаруживаю у них страх перед вмешательством из вне различных сил, чаще неопределённых, т.е. человек сам не знает, что может ему помешать, но боится этого- неизвестно чего, угрожающего. Это приводит к повышению самоконтроля и, как правило, к паническим атакам. Субъект начинает относиться к себе как к объекту. Так же, нарциссичный человек пытается контролировать всю окружающую действительность, пытаясь обрести всемогущество.

Я обратила внимание, что люди, страдающие этим формировались в 90-е годы- 30-35 лет. В те годы из америки импортировался образ успешного человека и, практически каждый хотел видеть в нём себя. Видя своё несоответствие с идеальным желаемым образом, человек стремился всеми силами подтянуть себя к нему, как правило, внешне, для окружающих. Затем же, происходит интроекция этого образа, и вот, он уже сам начинает верить в своё превосходство и всемогущество. Действительное Я замещается на Я, которым восхищается социум. Человек становится, как бы, одержим этим новым образом, всеми силами стараясь присвоить его себе. Так формируется “отчуждаемая идентичность”. Предполагаю, что паническая атака- бунт отчуждённой части тела. Человек оказывается “в разрыве” между “Я-реальным”- (оно) и “Я-идеальным”- (сверх Я). Между ними образуется “поле битвы”, в котором и находится человек, заражённый этой болезнью. Исход болезни- “удвоение Я”. Сознательно желания Я уступают место желаниям другого, но бессознательно Я-желания выстраивают “оборону”, и начинают проявлять себя телесно.

Так же “масла в огонь” подлили гуманисты- идеология стала антропоцентричной. Самолюбование стало нормой. Но, что бы человек мог любоваться собой, ему нужна оценка других. Он должен видеть себя в восхищённом взгляде другого. Это способствует возникновению зависти: “люди больше восхищаются тем, кто успешнее”. И тут, начинается гонка- “мне нужна эта вещь не потому, что нужна, а потому, что она даёт мне статус и восхищённые взгляды”.

Люди, желающие одобрения, восхищения, лайков готовы выставлять напоказ подробности своей интимной жизни, идти на риск, что бы сделать шокирующий снимок. Люди готовы лишить себя частной жизни, ради жизни напоказ. Происходит некий парадокс: человек, желающий выделится, растворяется в потоке подобных ему. Здесь, как будто, инстинкт семосохранения сталкивается с инстинктом разрушения. Личность исчезает, и мы видим возможности и способности человека, как представителя вида- ничего личного.

Отсутствие религиозных норм, развал социалистической морали привёл ко вседозволенности, отсутствию запретов, размыванию границ. Люди лишились удовольствия от нарушения запрета. Всё позволено, а радости нет. Человек, в погоне за радостью включился в гонку за достижения, но каждое новое долгожданной радости не приносит. Эту радость заменила радость самолюбования. Эта радость должна подпитываться всё новыми восхищёнными взглядами. Желание удовольствия порождает всё новые и новые требования, как к себе, так и к окружающим- я должен достигать, и за это меня должны ценить. Требование признания частично удовлетворяет желание любви, при этом подавляя его, вытесняет в бессознательное. Желание, адресованное к конкретному объекту вытесняется, а в замен появляется требование к неопределённому объекту. Однако, либидо не может быть сосредоточено на неопределённом объекте и оно вынуждено вернуться к собственному Я. На неопределённом объекте же сосредотачиваются влечения Я. Человек сначала вкладывает либидо в желаемый образ,достигает некоего подобия, влюбляется в то, что сотворил и присваивая это себе, влюбляется в себя. Концентрация либидо на Я приводит к напряжению и частичной потери реальности. Не случайно, у людей с паническими атаками часто наступает состояние дереализации. Реальность он воспринимает, как сон, и только во сне возвращается к себе. В глубине души, человек чувствует своё несоответствие, у него появляется агрессия, которую он старается подавить, ради того, что бы быть всеми любимым. “Социальная связь” такого человека сопровождается тревогой- он боится разоблачения.

“только психоанализ признал узел воображаемого рабства, который любовь должна всегда вновь развязывать или разрубать»- Ж. Лакн.

Ляус Елена
2018-09-14
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?