Истоки аналитической психологии

👁 26

Аналитическая психология существует уже почти 100 лет. На протяжении всей истории данного направления, его цель и задачи постоянно уточнялись, задавая собой вектор развития теоретического знания и практики. До сегодняшнего дня этот вопрос остаётся актуальным и не до конца разрешенным. Вероятно, так произошло из-за того, что сам подход аналитической психологии, устройство психики и социума, предложенное Юнгом, отрицают догматизацию какой-либо позиции и мнения. Аналитическая психология идёт в ногу со временем, отвечая на текущие запросы общества и индивида. И возможно, что в тот момент, когда будет дан окончательный ответ на вопрос «какова цель аналитической психологии?», сама анализ перестанет быть столь эффективным средством познания глубин человеческой души. С другой стороны, если аналитическое общество откажется от вопроса о цели учения Юнга, аналитическая психология может перестать развиваться.

Таким образом, мы нуждаемся в постоянном пересмотре задач и целей аналитической психологии, в их развитии и адаптации под условия современного мира. Однако для этого, нам необходимо исследовать истоки аналитической психологии и понять, на какие запросы общества отвечало данное направление в начале своего развития.

Для этого нам необходимо в первую очередь рассмотреть историческую ситуацию, в которой зародился юнгианский анализ, и социально-политический контекст развития теоретических воззрений К.Г.Юнга. Кроме того, мы вынуждены коснуться личной жизни основателя аналитической психологии, а также его психологической организации, чтобы понять, какие внутренние причины побудили его к тому, а не иному ходу мысли. Сопоставление рассмотренных нами фактов и описаний позволит составить наиболее полную картину дел и сформировать понимание причин и истоков аналитической психологии.

Карл Густав Юнг родился в 1875 году в небольшой швейцарской деревне Кесвель. Можно с уверенностью сказать, что швейцарское происхождение наложило отпечаток на ученого.

«Швейцарское гражданство дало Юнгу чувство ежедневного распорядка и стабильности, но прагматический, индустриальный швейцарский характер контрастирует с другой стороной его характера и с романтической топографией Швейцарии» [2]

Швейцария имеет в своём составе три основные этнические группы: немцы, французы, итальянцы. Соответственно, 3 национальных языка. Несмотря на это швейцарская национальная идентичность является достаточно прочной. Достигнуто это благодаря внутреннему политическому устройству страны, которая является конфедерацией, состоящей на сегодняшний день из 20 кантонов и 6 полукантонов. Каждый кантон имеет свою конституцию и законы. Каждый закон, принятый парламентом, может быть обжалован на всенародном референдуме. Более того, каждый житель Швейцарии имеет право на законодательную инициативу. Иными словами, Швейцария в полной мере реализует принципы прямой демократии. Именно поэтому граждане Швейцарии так чтят свои традиции и обычаи, с уважением относятся ко всем национальностям, проживающим на территории страны и к диалектам, на которых они разговаривают. Вместе с тем, до 1971 года швейцарские женщины не имели избирательного права.

В стране действует обязательная воинская повинность. Юноши в возрасте 19-20 лет обязаны пройти полугодовую военную подготовку, а в последствии вплоть до 42 лет являться на 3-х недельные курсы переподготовки. Швейцарцы имеют право дома хранить боевое оружие.

«Он гордился службой в швейцарской армии и званием капитана. Ему нравилось вспоминать различные эпизоды своей воинской службы и рассказывать о тяготах солдатской жизни в горах, которую он познал на собственном опыте во время обязательных сборов. Он любил играть со своими детьми в военные игры собственного изобретения, включавшие в себя, как правило, сооружение крепостей из камня, штурм их и оборону» [4]

Для швейцарцев характерно активное участие в жизни общины, кантона и целой страны. Практически каждая семья здесь, независимо от своего происхождения, имеет свой родовой герб, что говорит о глубоком интересе людей к своей истории.

Все эти особенности отразились на личности Карла Густава Юнга, а также на развиваемых им идеях.

Сегодня можем проводить параллели между позицией аналитической психологии в научном мире и внутриполитическим устройством Швейцарии с её многонациональным населением. Аналитической психологии удалось совместить в себе рациональное, эмпирическое знание с иррациональным, интуитивным, философским и подчас даже парапсихологическим, то есть удалось соединить противоположные на первый взгляд стороны души человека – сознание и бессознательное.

«Аналитическая психология по-прежнему с трудом удерживает напряжение между этими противоположностями, порождая различные школы, учения или даже расколы, бросающиеся вначале в одну крайность, а затем в другую» [2]

Швейцарии же удалось объединить в своих границах разные культуры, народы, истории, диалекты.

Юнг также олицетворяет соединение непримиримых противоположностей, в борьбе которых происходит развитие. Ведь в его личности «с предельной полнотой отразились не только характернейшие черты психического склада швейцарцев, но и дух его родного города, Базеля, дух его отдаленных предков и семьи.» [4]

Базель, являясь одним из центров европейской культуры, был достаточно небольшим городом в 1875 году. Население его составляло порядка 50000 человека. Не исключено, что практически все горожане этого городка знали друг друга в лицо. Не вызывает сомнений и то, что жители Базеля знали дедушку Карла Густава Юнга – известного поэта, ученого, философа, известного человека в этом городе. Сам Юнг не застал своего дедушку в живых, но то, что его история, биография и социальное положение отразилось на его личности безусловно.

Дедушка и бабушка Юнга с материнской стороны были также известными и замечательными людьми. Интересно, что Самуил Прейсверк (как утверждает семейное предание). имел парапсихологические способности – в его кабинете стоял стул для духа его первой жены. Кроме того, он имел частые видения и беседовал с духами. [4].Эта способность, по всей видимости, в дальнейшем передалась его дочери, а затем и внуку, о котором известно, что он участвовал в спиритических сеансах, а в последствии написал на основе этого опыта диссертацию.

«Так я стал регулярно — каждую субботу — бывать на спиритических сеансах. Духи общались с нами посредством «постукивания» по столу и стенам.» [1]

Интересным является также история о родстве Карла Густава Юнга с великим писателем и философом Иоганном Вольфгангом фон Гёте. Доподлинно неизвестно, как относился сам Юнг к этой семейной легенде – у нас об этом есть только противоречивые факты.

«Густав Штайнер говорит также о доминирующем положении Юнга среди своих товарищей-студентов, об ощущении ими его превосходства, и рассказывает, в частности, как Юнг однажды с гордостью говорил о том, что является потомком Гете. «Это подавалось им не как легенда, которая должна озадачить и смутить слушателей, - добавляет Штайнер, - но как непреложный факт». [4]

«Не могу сейчас вспомнить, знал ли я тогда о моем легендарном родстве с Гёте. Думаю, что нет, потому что впервые услышал эту историю от посторонних людей. Суть этих неприятных для меня слухов заключалась в том, будто мой дед был родным сыном Гёте» [1]

«Когда Юнгу приходилось опровергать слухи о том, что последний [Карл Густав Юнг старший] являлся незаконным сыном Гете, он обычно улыбался при этом.» [4]

Однако можно с уверенностью сказать, что Гёте произвёл на молодого Юнга впечатление человека, который не боялся посмотреть в лицо дьявола, то есть не отрицал зло. Об этом он пишет в своей автобиографии.

Таким образом, можно сказать, что история рода семьи Юнга были ученые люди, заявившие о своём месте в обществе. Семья Юнга происходила из довольно обеспеченного рода.

«Хотя отец Юнга был довольно бедным сельским священником, отец его отца, базельский врач, был известным поэтом, философом и ученым, а мать Юнга вышла из базельского рода известных теологов.» [2]

Отец Юнга, Пауль Ахиллес, был пастором в небольшой церкви. Он женился на дочери своего учителя по еврейскому языку и прожил с ней до конца своих дней – до 1896 году. Знакомые Пауля Ахиллеса описывали его как непритязательного, скромного и даже скучного человека. Карл Густав Юнг в своей биографии описывает своего отца как человека, который «боялся сам себя», которого «мучали внутренние противоречия». Вероятно, Юнг предполагал у своего отца религиозные сомнения, в которых тот боялся сам себе признаться. Это возмущало сына, вызывало у него протест. «Слепая вера отца» и религиозные сомнения сына вызывали в последнем чувство вины, которым он мучался и которых не мог никому рассказать.

«И чем больше усилий тратил отец на борьбу со своими сомнениями и внутренней тревогой, тем сильнее это отражалось на мне.» [1]

Возможно, именно это послужило одной из причин его религиозных снов детства, о которых Юнг помнил до конца своей жизни, что говорит о высокой значимости этих снов в биографии ученого.

Мать Юнга обладала трудным характером. Её сын сумел подмечать в ней две стороны – можно предположить, что мать Юнга была глубоко расщеплённой личностью.

 «Расщепление (splitting) – процесс (защитный механизм), посредством которого психическая структура теряет свою целостность, образуя взамен две или более подструктуры.» [5]

«Из комнаты матери исходило нечто пугающее, по вечерам мать казалась странной и таинственной. Однажды ночью я увидел выходящую через ее дверь слабо светящуюся расплывчатую фигуру, ее голова отделилась от шеи и поплыла впереди по воздуху, как маленькая луна. Тут же появилась другая голова и тоже отделилась. Это повторилось шесть или семь раз.» [1]

В последствии Юнг видел в матери то чувствительную особу, которая поддерживала его в трудных ситуациях, то надменную и нетерпящую возражений женщины. Вероятно, это послужило одной из причин внутреннего расщепления её сына, который открыл в себе «личность 1» и «личность 2». Взаимодействие этих личностей, а также поиск внутри себя других лиц являются частью концепции аналитической психологии.

Познание Юнгом мира проходило для него через внутреннее познание себя. Предполагаю, что Карл Густав Юнг, следуя его концепции типов, был интровертом. Его автобиография – это история описания человеческой души, её развития, восприятия человеком мира. В ней подчинённое место занимают внешние обстоятельства. На первое место выходят сны, чувства, самоанализ. Внутренний опыт затем переносится во внешнее действие и проверяется Юнгом – тогда проявляется вторая личность: личность экспериментатора, ученого, который не принимает всё на веру, но хочет знать.

В 1895 году Юнг поступает на медицинский факультет, несмотря на все предубеждения относительно этой профессии. «Юнг думал о карьере археолога, египтолога, зоолога, но выбрал медицину…» [2] Было бы резонным задать вопрос «кого хотел лечить Юнг?». В январе 1896 года умирает его тяжело больной отец. Юнг становится главой семейства.

Свою учебу Юнг заканчивает за 5 лет – это достаточно короткий срок для обучения в высшей школе того времени. Это даёт нам право утверждать, что он трудился, не покладая рук. При этом, большое время молодой студент уделял студенческим обществам.

«Густав Штайнер описывает, как Юнг покорял умы своих слушателей. Он был страстно увлечен в это время такими авторами, как Сведенборг, Месмер, Юнг-Штиллинг, Юстин Кернер, Ломброзо и, в первую очередь, Шопенгауэр» [4]

К концу обучения на медицинском факультете Юнг увлекается психиатрией. Причиной этого, по его словам, послужила книга «Учебный курс психиатрии» Крафта-Эбинга, в которой он нашел ответы на некоторые свои предположения и вопросы. Однако остаётся открытым вопрос, почему именно эта книга и именно в тот момент пробудила интерес Юнга к психиатрии. «Согласно документам из Архива Базельского университета, он прослушал курс по психиатрии у профессора Вилле в течение зимнего семестра 1898 - 1899 года и летнего семестра 1900 года, не говоря уже о том, что его дед, Карл Густав Юнг, проявлял глубокое внимание к умственно отсталым детям, а отец был капелланом Фридматтской психиатрической лечебницы.» [4]

«Психиатрия дала площадку для синтеза его различных интересов. Позитивизм и Романтизм слились в образовании и миросозерцании Юнга таким образом, что он смог использовать самые развитые методы мышления и научной точности для установления реальности иррационального» [2]

Дальнейшее изучение человеческой психики выстраивалось на фундаменте, который был выстроен Юнгом до этого дня. Попеременное «использование» «личности 1» и «личности 2» позволило понять Юнгу, что люди могут вмещать в себе противоречия. Более того, что наука, религия и мифология не находятся в конфронтации, но вытекают из единого центра и должны служить друг другу. Юнгу удалось соединить западный рациональный и восточный духовный, философский мир, открыв тем самым новое направление не только психологической мысли, но и других смежных дисциплин науки: антропологии, мифологии, археологии, философии. В свою очередь, развитие данных дисциплин способствовало преобразования искусства.

Ссылки:

  1. К. Г. Юнг. Воспоминания, сновидения, размышления. 
  2. Кембриджское руководство по аналитической психологии.
  3. Беннет Е. Что на самом деле сказал Юнг 
  4. Генри Ф. Элленбергер. Открытие бессознательного. 
  5. Райкфорт Ч. Критический словарь психоанализа. 

 

Гуцол Никита
2018-08-07
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?