Нравственное состояние современного российского общества

Аннотация. На основе выводов философов, экономистов, психологов, юристов, социологов и др. определен моральный уровень российского общества начала XXI в. - "моральная деградация"; используются разработанные количественные показатели - индекс нравственного состояния общества (ИНСО), на основе которого прослеживается динамика эволюции российского общества в годы реформ; отмечаются причины и последствия падения нравов; намечаются пути духовного возрождения как ключевого фактора и предпосылок оздоровления экономики и в целом духовного возрождения нации.

Ключевые слова: индекс нравственного состояния (ИНСО) * мораль * закон * моральная деградация * суицид * наркомания * алкоголизм * коррупция * насилие * преступность * аномия * либерализм, псевдолиберализм * свобода * контроль - социальный, моральный * нравственные регуляторы * социальные взаимодействия.

Симптомы моральной деградации

Несмотря на экономические успехи (докризисные), внутриполитическую стабилизацию и другие позитивные тенденции, общее состояние современного российского общества последних лет выглядит очень тревожным. Так, количество убийств на 100 тыс. жителей в нашей стране почти в 4 раза больше, чем в США (где ситуация в данном отношении тоже очень неблагополучна) и примерно в 10 раз превышает их распространенность в большинстве европейских стран (Лысова А. В., Щитов Н. Г. Системы реагирования на домашнее насилие // Социологический журнал, 2003, N 3, с. 99-115). По количеству самоубийств Россия в 3 раза опережает США, занимая 2-е место в Европе и СНГ не только среди населения в целом, но и среди молодёжи в возрасте до 17 лет (в данном случае, после Казахстана).

При этом по ряду причин (например, таких как стремление родственников представить самоубийство в качестве несчастного случая) недоучет самоубийств в российских регионах составляет порядка 13%; наблюдаются и такие тревожные тенденции, как снижение среднего возраста совершающих самоубийства, совершение их все более жестокими способами и др.

По индексу коррупции за 6 лет (2002-2008 гг.) Россия переместилась с 71-го на 147-е место в мире, а общий объем коррупционного оборота в РФ оценивается экспертами в 250 - 300 млрд. долл. в год. Численность жертв несчастных случаев, таких как случайные отравления алкоголем и ДТП, свидетельствуют если не о массовом «нежелании жить» (психоаналитическая интерпретация подобных ситуаций), то, по крайней мере, о безразличном отношении многих наших сограждан к своей и к чужой жизни.

Ежегодное количество жертв ДТП в современной России превышает потери нашей страны за все годы афганской войны, а ситуацию на наших дорогах называют «война на дорогах», «гражданская война» и т.п.

В совокупности приведённые данные выстраиваются в целостную картину (табл. 1), свидетельствующую о болезненном состоянии общества, но удивительно, что в общественном сознании они воспринимаются с меньшей остротой, чем, скажем, количество медалей, выигранных на Олимпиаде (что само по себе - показатель состояния общества, равно как и одаривание дорогими автомобилями и без того небедных спортсменов-победителей).

Таблица 1. Показатели состояния современного российского общества (2006 г.)

Источники: Доклад о развитии человека 2007/2008. Опубликовано для Программы развития ООН (ПРООН) / Пер. с англ. М.: Весь мир, 2007; Российский статистический ежегодник 2007. М.: Росстат, 2007; Transparency International.http://www.transparency.org/

Приведенные в таблице 1 показатели дополняются другими данными, демонстрирующими, какое общество мы построили под красивыми лозунгами свободы и демократии:

  • ежегодно 2 тыс. детей становятся жертвами убийств и получают тяжкие телесные повреждения;
  • каждый год от жестокости родителей страдают 2 млн. детей, а 50 тыс. – убегают из дома;
  • ежегодно 5 тыс. женщин гибнут от побоев, нанесённых мужьями;
  • насилие над жёнами, престарелыми родителями и детьми фиксируется в каждой четвёртой семье;
  • 12% подростков употребляют наркотики;
  • более 20% детской порнографии, распространяемой по всему миру, снимается в России;
  • около 1.5 млн. российских детей школьного возраста вообще не посещают школу;
  • детское и подростковое «социальное дно» охватывает не менее 4 млн. человек;
  • темпы роста детской преступности в 15 раз опережают темпы увеличения общей преступности;
  • в современной России насчитывается около 40 тыс. несовершеннолетних заключённых, что примерно в 3 раза больше, чем было в СССР в начале 1930-х годов. (Анализ положения детей в РФ. М.: ЮНИСЕФ, 2007; Государственный доклад «О положении детей в Российской Федерации», М.: Министерство труда и социального развития Российской Федерации, 2006 г.) Количественные данные могут быть дополнены и бытовыми иллюстрациями из жизни общества: по-прежнему широко распространена практика криминальных «крыш», рейдерства, «чёрного риелторства», финансовых «пирамид», различных видов мошенничества и т.п. Организованная преступность фактически легализована, а так называемые «авторитетные бизнесмены» - по существу, легализовавшиеся воры - устраивают публичные презентации своих «литературных» произведений, в которых наемные литераторы красочно живописуют их криминальные похождения (по данным опроса Общественной палаты, более половины наших сограждан не чувствуют себя сколь-либо защищенными от криминала), коррупция воистину тотальна, причем продаются как сами чиновники всех уровней власти, так и административные должности; в школах можно купить наркотики; публичная речь, в том числе на телевидении и радио, изобилует ненормативной лексикой и блатным жаргоном; бомжи - непременный атрибут вокзалов, поездов, метро и т.п.

Интернет переполнен фильмами, где в деталях показано, как ученики избивают своих учителей, пожилых людей убивают ради того, чтобы завладеть их квартирами; пьяные матери выкидывают из окон своих младенцев; существует работорговля (в XXI веке!), причём в прямом, а отнюдь не в метафорическом смысле слова; развязно-агрессивные юнцы демонстративно не уступают места в транспорте пожилым людям, а порой и способны убить за сделанное им замечание (в г. Кольчугино компания подонков, распивавшая водку на мемориале героям Великой Отечественной войны, убила и сожгла на «Вечном огне» человека, попытавшегося их усовестить); широко распространены секты, практикующие помимо всего прочего и человеческое жертвоприношение, а типичной реакций значительной части нашей молодежи на гибнущего рядом человека стал ... хохот. Все это - не сцены из «фильмов ужасов», а наша жизнь. Поражают не только сами подобные явления, но и толерантность к ним, восприятие их как привычных, а не как из ряда вон выходящих, как нормы нашей жизни. «Ежедневно сталкиваясь с вопиющими фактами беззакония и произвола, люди утрачивают остроту реакции на них, постепенно проникаются безразличием к происходящему», - пишет О. Т. Богомолов [4, с. 19]. А К. Н. Брутенц отмечает, что «Россияне почти без всякого протеста и нравственного неприятия (курсив мой. - А. Ю.) выживают в условиях тотальной коррупции, всеохватывающего взяточничества, сопровождающего едва ли не каждый их шаг, разгула криминалитета» [5, с. 396 - 397], так формируется терпимость к злу и смирение перед ним, способствующие его утверждению во все более жестоких формах.

При всем разнообразии описанных явлений, а также процессов, характеризуемых приведенными выше статистическими данными, их можно подвести под общий знаменатель, которому название «моральная деградация» современного российского общества или, используя известное выражение Э. Гидденса, «испарение морали». Отмечается, что «нарушения общественной морали, норм социальной справедливости, представлений о гражданской чести и ответственности встречаются у нас на каждом шагу» [4, с. 19]. И закономерно, что согласно результатам социологических опросов, падение нравов воспринимается нашими согражданами как одна из главных проблем современной России, «порча нравов» расценивается ими в качестве одного из худших результатов наших реформ [6].

Моральная деградация современного российского общества констатируется представителями самых различных наук, и ее можно считать подлинно «междисциплинарным» фактом. Психологи демонстрируют, что «Россия на долгие годы оказалась «естественной лабораторией», где нравственность и правовое сознание граждан проходили суровые испытания» [7, с. 17]; социологи показывают, что «в конце XX - начале XXI века российское общество, ввергнутое государством сначала в «перестройку», а затем в «радикальные реформы», постоянно испытывало моральные девиации и дефицит не столько социальных, экономических и политических, сколько нравственных ориентиров, ценностей и образцов поведения; акцентируют «моральную аберрацию» мышления наших политиков - его дистанцирование от моральных ценностей и ориентиров, которые в нем вытеснены категориями экономического характера, такими как экономический рост, размер ВВП, показатели инфляции и др. [6, с. 225]; экономисты отмечают, что «среди составляющих той непомерной социальной цены, которую пришлось заплатить за радикальные экономические реформы в России, - пренебрежение нравственно-психологическим миром человека», подчеркивая «интенсивное искоренение морально-этической составляющей их социального бытия» [8, с. 588]; искусствоведы констатируют, что «у нас сформировалась тотально аморальная система» [9, с. 73]; философы связывают происходящее в современной России с тем очевидным фактом, что свобода приводит к высвобождению не только лучшего, но и худшего в человеке, и, соответственно, должна предполагать ограничения на высвобождение худшего. «Что сделает из политической свободы человек, который не созрел для неё и переживает её как разнуздание? - задавался вопросом И. А. Ильин и отвечал, - он сам становится опаснейшим врагом чужой и общей свободы» [10, с. 146]. Что и произошло в нашей стране в начале 1990-х.

Рис. Динамика нравственного состояния современного российского общества

Институт психологии РАН, в русле развиваемой в нем количественной макропсихологии [См.: 14 и др.], разработал индекс нравственного состояния общества (ИНСО), основанный на интеграции таких показателей, как количество (на 100 тыс. жителей): 1) убийств и 2) беспризорных детей, 3) индекс коррупции, 4) индекс Джини, выражающий неравномерность распределения доходов (см. Приложение). Динамика количественно оцененного таким образом нравственного состояния российского общества в годы реформ показана на рисунке.

Как видно, нравственное состояние нашего общества (1991 -1994 гг.) ежегодно ухудшалось, потом улучшалось до «дефолтного» 1998 г., после чего вновь ухудшалось (до 2002 г.), а затем вновь обнаружило тенденцию к ежегодному улучшению (за 2007 - 2008 гг. индекс не рассчитан ввиду того, что соответствующие статистические данные пока отсутствуют - Не подвергая интерпретации выявленную динамику, отметим, что она почти полностью соответствует динамике макропсихологического состояния современного российского общества, оцененной на основе других показателей [См.: 11], а также временной развертке его характеристик, вычисляемых социологами (социальные настроения, социальный оптимизм и др.), что говорит о синхронном проявлении подобной динамl

2017-07-14
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (psychologos Психологос)

Что интересного на портале?