Быть хорошей матерью своему ребенку – это нормальное и даже правильное желание женщины. В соответствии со своим внутренним кодексом, основанного на образах родителей, собственных представлений о «хорошей» матери, а также опираясь на образы прочих, положительных женских фигур, каждая мать подстраивает свое поведение под личное понятие хорошести. Эти внутренние правила в больше мере подчиняют поведение женщины: должна ли мать быть строгой, насколько ей следует прислушиваться к ребенку, в каких ситуациях, какую доля самостоятельности ему определить, что разрешать и что запрещать, как реагировать на то или иное поведение и многое другое. И это тоже нормально – ориентироваться на свои представления о хорошести, стремясь сделать жизнь своей семьи гармоничнее, счастливее, легче.  Хуже, когда  за деревьями не видно леса и когда в погоне за премией «мама года» женщина забывает, зачем, вообще говоря, все это затевалось? Тогда, вместо того, чтобы действительно быть хорошей матерью для ребенка, она играет роль «хорошей» матери, делая это для себя. 

Во многом подобное поведение определяется повышенной тревожностью матери, которая, раз и навсегда определив для себя подходящий для нее самой образ матери, придерживается его, что помогает ей избавиться от страха быть плохой матерью.

В таких случаях женщина в своем поведении невосприимчива к проявлениям личности ребенка, потому что его раскрепощенность, внутренняя свобода смущают ее, не вписываются в ее представления, заставляют менять тактику поведения, что повышает тревогу.

Таким женщинам не хватает спонтанности, недостаток которой также обусловлен высокой тревожностью. Вместо того чтобы в конкретной ситуации ориентироваться на конкретное поведение ребенка, тут же просчитать последствия, предположить результаты, в общем, действовать по обстоятельствам, ригидная мама, как правило, действует согласно внутреннему кодексу, руководствуясь закостенелыми правилами, каменными «можно-нельзя».

Роль и личность ребенка исключаются из их взаимодействий, на первый план выходит только потребность матери быть хорошей. Такая позиция крайне эгоистична, ведь она не учитывает того факта, что у ребенка могут быть свои, собственные потребности, которые порой (а то и часто) расходятся с представлениями матери о том, что нужно ее ребенку.

Такие мамы склонны часто отказывать себе в удовольствии в угоду ребенку;

  • лишают его возможности столкнуться и пережить неприятные эмоции;
  • делая вид, что заинтересованы его реальными потребностями, удовлетворяют потребности абстрактного ребенка (поступают так как нужно, а не так, как диктует ситуация);
  • склонны навязывать и контролировать;
  • прячут и маскируют свои слабости;
  • часто играют роли;
  • реактивны и очень эмоциональны.
  • Очевидно, такое поведение является предпосылкой для формирования созависимых отношений.

    Проблема, разумеется, имеет решение. Помимо проработки своей тревожности, маме важно признать за ребенком право не вписываться в ее концепцию «хорошая мама и ее удобный ребенок», дать ему пространство для самореализации, позволить нарушать и, главное, позволять (не все и не всегда, разумеется) делать то, что «хорошая» мама бы не позволила. Чтобы это осуществить, важно научиться доверять себе и ребенку, а также помнить, что ребенку далеко не всегда нужна мама из книги, мама-шаблон, мама-робот и идеал. Эта мама нужна самой маме, той ее части, которая страстно желает быть хорошей, правильной и любимой.

    2016-02-01
    Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

    Что интересного на портале?