Основы гештальт-терапии. Популярно, но со ссылками (Часть 2)

Механизмы прерывания контакта. В теории гештальт-терапии полагается, что психологические трудности человека возникают в случае, когда естественный ход цикла контакта на каком-то из этапов нарушается механизмами прерывания контакта. Механизмы прерывания контакта - это «те особенности поведения, которые мешают человеку осознавать свою потребность или её реализовывать» [3, с. 151]. Выделяют следующие основные механизмы прерывания [3]:

Конфлюэнция (слияние). Механизм, не позволяющий выделить и осознать собственные потребности (конфлюэнция первого рода), либо отделить собственные потребности от потребностей других (конфлюэнция второго рода).

Интроекция. Механизм, посредством которого человек впускает в себя идеи, установки, убеждения от другого человека без усвоения этого материала.

Проекция. Механизм, когда человек приписывает нечто, принадлежащее своему внутреннему миру, фигурам внешнего мира, другим людям или неживым объектам.

Ретрофлексия. Механизм, когда человек поворачивает в свой собственный адрес то, что адресовано другим: чувства, мысли, действия.

Важно отметить, что механизмы прерывания являются дисфункциональными только в контексте актуальной ситуации. В других ситуациях они могут играть роль уместных и адаптивных способов бытия. Так, например, слияние с близким человеком является основой переживания интимности, механизм проекции отвечает за эмпатию и интуицию, а ретрофлексия гнева против начальника позволяет избежать наказания или увольнения. Более того, считается, что любое решение или действие в прошлом, являлось лучшим для той ситуации, когда оно было изобретено, то есть являлось творческим приспособлением, а проблемы появляются тогда, когда изобретённый способ более не актуален. «Только анахроничные, ригидные и повторяющиеся механизмы свидетельствуют о патологическом функционировании: их следует выявить в первую очередь, а потом сделать более эластичными или трансформировать по ходу психотерапии» [1, с. 142]. Таким образом, механизмы прерывания контакта справедливо рассматривать как устаревшие варианты творческого приспособления, которые нуждаются в пересмотре.

Технической задачей гештальт-терапии как метода психологического воздействия является обнаружение механизма прерывания контакта, стоящего на пути достижения желаемого, и помощь индивиду в его преодолении путем выявления новых, оптимальных моделей поведения в процессе творческого приспособления к актуальной ситуации. Механизмы прерывания нередко «наслаиваются» друг на друга, и тогда работа с ними ведется поэтапно: сначала обнаруживается и обрабатывается внешний, а затем – вложенные механизмы. Например, тревожное состояние может быть обусловлено самоограничениями (механизм - ретрофлексия), которые индивид накладывает на себя из-за страха быть осужденным близким человеком (механизм - проекция), с которым у него сложились очень тесные зависимые отношения, не позволяющие хорошо дифференцировать собственную потребность в дистанции (механизм - конфлюэнция).

Было бы также неверным считать, что индивиду мешает какой-то один определенный механизм прерывания. Как правило, трудности людей в разные моменты времени и в разных ситуациях могут быть обусловлены каждым из перечисленных механизмов прерывания. Однако можно говорить о том, что какие-то из механизмов прерывания более присущи человеку характерологически, и какой-то из них проявляется чаще всего. То есть, мы можем говорить о различных стилях контакта: конфлюэнтном, интроективном, проективном, ретрофлексивном [11].

Эксперимент. В гештальт-терапии широко применяются эксперименты, то есть «специальные предложения терапевта, направленные на актуализацию и экспрессивное проживание в «здесь и теперь» многочисленных событий, имевших место «там и тогда» [3, с. 250]. Эксперименты, поставленные в безопасных условиях и неторопливом темпе терапевтической ситуации, позволяют получить доступ к подавленным или забытым ощущениям и чувствам, и запускают творческую активность. Целью эксперимента является осознанное, подробное и интенсивное перепроживание проблемной ситуации с целью её завершения или тестирования новых способов творческой адаптации к ней. Эксперименты могут быть мысленными, либо для их проведения могут использоваться различные предметы, другие люди (в случае групповой терапии), сам терапевт, различные арт-средства, такие как метафорические карты, карандаши, краски, пластилин.

Фрустрация и поддержка. Психологическое воздействие гештальт-терапии направлено на проживание, осознавание и расширение множества выборов, а не на непосредственное снятие напряжения и облегчение симптомов [3]. Для этого терапевту необходимо фрустрировать привычные способы взаимодействия человека с окружающей средой, в терминах гештальт-терапии - привычных механизмов прерывания контакта. По словам Ф. Перлза, в результате такой фрустрации человек перестает искать опоры во внешней среде, которая запрашивается не для себя самого, а лишь для представления о себе, и научается опираться на собственные ресурсы [8]. Однако, если терапевт будет исключительно фрустрировать клиента, он превратится для клиента во враждебную среду [9]. Поэтому успешная фрустрация возможна только при одновременной поддержке со стороны терапевта, которая достигается сформированным доверием к терапевту, хорошим терапевтическим альянсом, выражением эмпатии и уважения к клиенту, позитивным подкреплением его успехов [3]. Таким образом, фрустрация привычных механизмов прерывания контакта при достаточной поддержке терапевта обеспечивают личностный рост клиента в терапевтическом процессе.

Полярности. Понятие полярностей в гештальт-терапии подразумевает, что каждая черта личности обладает своей противоположностью и отражает многомерность человеческой личности [5]. Трудности человека часто обусловлены игнорированием или недостаточным принятием каких-то полюсов собственной личности,  что способствует формированию ригидных способов реагирования и поведения.  По словам Джозефа Зинкера, «жизнь человека, имеющего определённые нарушения, подчинена стереотипам, и он не может «плавать» между полярностями» [5, с. 63], в то время как признаком здоровья является способность принять свои противоречивые чувства и сложные эмоции. Например, убеждение в своей исключительной доброте и отрицание агрессии может служить причиной трудностей в отстаивании собственных интересов и достижении своих целей. Методы гештальт-терапии позволяют исследовать «теневые» стороны личности, вернуть в жизнь незадействованные ресурсы, тем самым расшить поле возможных выборов человека.

Гештальт-терапия включает большой набор средств воздействия (техник), разработанных как основателями этого метода психологической помощи, так и последователями. Эти техники удобно рассматривать в контексте общей схемы терапевтической сессии, выполненной в гештальт-подходе.

Г. Масколье описывает следующую трёхшаговую схему терапевтической сессии [5]:

  1. Клиент рассказывает о своей актуальной трудности или проблеме. Терапевт помогает ему включиться и сконцентрироваться на своих переживаниях в настоящем моменте и в условиях терапевтического пространства. Терапевт с помощью своего присутствия и глубокой включенности в диалог с клиентом старается установить с ним альянс, основанный на “Я-Ты” отношениях.
  2. Терапевт предлагает клиенту эксперимент, направленный на развитие его креативности. Чаще всего эксперимент служит как средство для выделения, формирования и разрешения отчетливой фигуры потребности, которая не удовлетворяется в связи с трудностью клиента. Это целиком и полностью исследовательский этап, исход которого непредсказуем - фигура может получиться неожиданной. Роль терапевта на этом шаге - способствовать спонтанности клиента и фасилитировать выражение и осознавание клиентом своих ощущений и чувств.
  3. Этап ассимиляции, то есть присвоения нового опыта. На этом шаге происходит «формирование связей между тем, что было прожито в безопасных рамках терапевтической сессии, и реалиями внешнего мира, который остался прежним» . Ассимиляция продолжается также за пределами сессии, так как для усвоения нового опыта требуется время. На этом шаге терапевт в основном обращается к клиенту на когнитивном уровне, стимулируя осмысление.

Следует отметить, что это далеко не единственный способ работы в гештальт-подходе. Гештальт-терапевт может предложить в сессии не один эксперимент, либо вообще не обращаться к эксперименту, предпочитая другие средства.

В литературе можно найти разные классификации техник гештальт-терапии, отражающих взгляды на гештальт-терапию их составителей и школ, к которым они принадлежат.

К. Наранхо разделает техники гештальт-терапии на следующие группы: супрессивные (изменяющие), экспрессивные (проявляющие), интегрирующие и техники психодраматического гештальта [7].

Супрессивные техники:

  • Осознание и недопущение повествовательности, интерпретации клиентом своих переживаний («эбаутизма»). Пример: «Выразите одной фразой основной смысл сказанного Вами» – выход на избегание эмоционального напряжения.
  • Осознавание и недопущение долженствования («шуддизма») и оценивания. Пример: «Замените «Я должен» на «Я хочу»»; «Замените «Он такой» на «Я воспринимаю его таким»» – выход на проекцию.
  • Осознание и прерывание манипуляций. Пример: «Вы хотите мне что-то доказать? Вы хотите сыграть роль врача? Чего Вы ждёте от меня? Чего Вы сейчас хотите?» – выход на блокированную потребность.

Экспрессивные техники:

  • Инициация действия. Начало любого действия: «Покажите как кружится Ваша голова». «Усильте своё волнение – на что это похоже?»
  • Обеспечение неструктурной ситуации («Психодраматический гештальт»). Пример: «Расскажите свой сон в настоящем времени», «Станьте ребёнком. Сколько тебе сейчас лет? Что ты сейчас чувствуешь?»
  • Предписание об усилении прямой экспрессии (вербальной, невербальной, неструктурной вокализации). Пример: «Повторите это громче. Попробуйте спеть. Сделайте что-то со своим голосом».
  • Предписание об усилении обратной экспрессии (действие, избегаемого клиентом, которое часто противоположно актуально демонстрируемому). Пример: Клиентка говорит, что она очень застенчива, а её знакомая – раскованная и ведёт себя свободно. «Станьте своей знакомой, покажите какая она».

Техники, направленные на завершенность экспрессии:

  • Простое повторение действия. Пример: «Продолжайте стучать рукой по колену. Что с Вами происходит?»
  • Преувеличение и развитие действия. Пример: «Усиливайте постукивание рукой. Что Вы чувствуете?»; или: если клиент чувствует себя ничтожным – «Станьте огромным (танк, скала, слон)» – выход на внутренний конфликт.
  • Выявление (вербализация невербальной экспрессии). Монолог ощущения: «Станьте своим страхом или скажите что-то от своей тоски».
  • Перевод фигуры из одной модальности восприятия в другую. Например, визуализация ощущения, пантомимическое выражение зрительного образа т.п. «Покажите, как Вы это себе представляете или на что похоже Ваше ощущение».
  • Идентификация и исполнение роли. Пример: «Станьте своей знакомой» или «Покажите своего начальника».

Техники, направленные на прямоту экспрессии:

  • Стимулирование прямоты экспрессии и конкретности в вербальном выражении пациентом своих чувств и желаний (преодоление «минимизации», проявляющейся в речи пациента словами: «наверное», «некоторые», «немного» и т.п., стимулирование принятия клиентом на себя ответственности за свои проявления: «это именно я хочу, именно я чувствую, именно я делаю»). Директивность от терапевта: вместо «мы» скажите  «я»;  вместо «они» - о ком именно речь;  «все» разные, а как это именно про Вас?
  • Оборачивание ретрофлексии. Например, при постукивании себя кулаком: «Кого ты хочешь ударить своим кулаком?»; «Вырази своё раздражение тому, перед кем чувствуешь себя виноватым».

Техники интеграции:

  • Ассимиляция проекции. Пример: Клиент: «Люди злы»; Терапевт: «Вы когда-нибудь были таким? Хотя бы иногда Вы проявляли злость по отношению к кому-либо?» или «Сыграйте роль злого».
  • Внутриличностное столкновение (диалог субличностей). Разворачивание внутреннего диалога в пространстве: «Нападающий – защищающийся»; «Я» и «Моя мораль» и т.д.

Техники психодраматического гештальта:

  • Техника «пустого стула».
  • Техника «горячего стула».

Г. Масколье выделяет следующие техники, называя их гештальтистскими интервенциями [6]:

  • Монодрама. Суть техники состоит в том, что человек последовательно проигрывает роли всех персонажей, имеющих отношение к его проблеме, в результате чего активизируется воображение и спонтанность и появляется возможность лучше исследовать разные стороны проблемы
  • Постановка действия. Телесная и эмоциональная мобилизация, которая осуществляется в модельных условиях терапевтической сессии. Постановка действия способствует лучшему осознаванию без необходимости переходить к реальным действиям, которые могут быть неприемлемыми, опасными или асоциальными.
  • Амплификация. Это действия, направленные на усиление жеста или эмоции. Усиление жестов, особенно малоразличимых, помогает получить доступ к эмоциям клиента и раскрыть смысл симптомов. Усиление эмоций помогает высвободить заблокированные переживания, зачастую очень сильные, или исследовать необычные для человека ощущения или эмоцию.
  • Прямое обращение. Интервенции, призывающие вместо того, чтобы говорить «о ком-то», говорить «кому-то», то есть найти адресата вербального сообщения и обратиться к нему напрямую, даже если он не присутствует в данный момент. Это помогает преодолеть избегания контакта и тем самым полнее погрузиться в проблемную ситуацию.
  • Метафора. «Метафора – это аналогия, то есть символический образ, который помогает дополнить вербальный или телесный язык» [6, с. 63]. Метафора представляет собой предмет или визуальный образ, опосредующий и символически представляющий проблему или переживание. Чтобы метафорическое представление способствовало пониманию проблемной ситуации, необходимо установить её связь с реальностью. Для этого клиент должен раскрыть её символическое значение.
  • Работа со снами. Техника работы со снами состоит в постановке сна, то есть в рассказе его содержания клиентом в настоящем времени. Во время рассказа терапевт предлагает клиенту идентифицироваться с различными элементами своего сна, рассматривая их как части личности самого клиента.
  • Использование переноса. «Перенос – это психологический процесс, в котором клиент воспроизводит с терапевтом определенный опыт отношений, имеющий корни в прошлом, и переживает соответствующие этому прошлому опыту чувства» [6, с. 63]. Терапевт, работающий в гештальт-подходе, не поддерживает развитие переносных реакций, а напротив, способствует его прояснению и осознаванию клиентом.

Н.М. Лебедева и Е.А. Иванова разделяют техники гештальт-терапии по трём стратегическим направлениям [3]:

  • Континуум осознавания. Суть этой техники - в концентрации клиента на собственном опыте, чтобы оказаться максимально включённым в текущую ситуацию на уровне ощущений, эмоций и мыслей. Данная техника незаменима на этапе преконтакта, когда «потребность ещё не ясна и клиент затрудняется выделить из фона «мозаику своих переживаний» или выбрать из неё главное» [3, с. 249].
  • Эксперименты, направленные на актуализацию. Это предложения терапевта, направленные на актуализацию и экспрессивное проживание в «здесь и теперь» многочисленных событий, имевших место «там и тогда» [3, с. 250]. К ним относятся: «Актуализация текущей ситуации», «Реэнектинг» - драматическое воспроизведение ситуации и значимых отношений прошлого, «Эксплицитное воспроизведение», то есть разворачивание внутренних диалогов вовне и «Актуализация и расширение границ» - различные средства (исследование ощущений, метафора, рисунок), направленные на обнаружение потребности при неясном запросе или на расширение поведенческого репертуара.
  • «Челноки». Это интервенции, организующие «последовательное, возвратное движение между различными фигурами, по очереди захватывающими внимание клиента. Это могут быть связи между фантазиями и реальностью, образами сна и бодрственной жизнью, прошлым и настоящим и т.» [3, с. 257]. Авторы разделяют челноки на следующие группы: «Между различными пластами бытия» - например, между паттернами поведения в жизненной ситуации клиента и в диалоге с терапевтом, «Между модальностями одной границы» - например, телесными ощущениями и мыслями или фантазиями, «Между различными участками границы внутри одной модальности» - например, противоречивыми ценностями или между ощущениями в разных частях тела.

Вместе с отдельными техниками, в практике гештальт-терапии можно выделить несколько общих стратегических принципов, следование которым обеспечивает терапевтическое воздействие:

Концентрация на настоящем. Характерной особенностью гештальт-терапии является сфокусированность на актуальном моменте. Ф. Перлз обращал внимание на незаслуженно забытую человеком область ощущений и переживаний в угоду «средней зоне» осознавания – интеллектуальной зоне мыслей и фантазий [8]. Концентрация на настоящем обуславливает процессуальность гештальт-терапии: отвлекаясь от того, почему возникла проблема, гештальт-терапия больше сосредоточено на вопросе, как она проявляется и как это можно изменить.

Феноменологичность. Для работы гештальт-терапевту необходимо придерживаться так называемой феноменологической установки, которую характеризуют определенная готовность, обращённость и открытость консультанта к новому опыту, доверие и мужество принять его самые неожиданные, неприятные или пугающие проявления, а также терпение, которое требуется «для узрения сущностного» [2]. Для гештальт-терапии характерно внимание к разнообразным проявлениям (феноменам) клиента и самого консультанта, а обращение к интерпретациям, напротив, минимально. Феноменологическая установка в комплексе с установкой «быть в настоящем» моменте сходятся вместе в экзистенциальной перспективе. Как пишет Г. Масколье, «соединяя «здесь и сейчас» и феноменологию, клиент обнаруживает уникальность своего опыта, экзистенциальный смысл своего бытия» [5, с. 45].

Диалогичность. Как считает Г. Йонтеф, наиболее важным аспектом психотерапевтического процесса являются отношения, которые возникают между терапевтом и клиентом, и развиваются в диалоге [4]. Р. Резник определяет диалог как одно из базисных оснований гештальт-терапии, и утверждает, что истинный диалог подразумевает наличие трёх составляющих: присутствия, то есть размещения собственного опыта и феноменологии консультанта; включенности, то есть стремления консультанта включится в опыт и феноменологию клиента; и приглашения к самому диалогу [10].

 

Список литературы:

1. Гингер С. Гештальт: искусство контакта. М.: Академический проект, 2010.
2. Евстигнеева Е.А. Феноменологический подход в экзистенциальной и гуманистической психотерапии "Zu den klienten selbst!" // Консультативная психология и психотерапия, № 2 (73), апрель-июнь 2012. С. 134-157.
3. Иванова Е.А., Лебедева Н.М. Путешествие в Гештальт: Теория и практика. СПб: Речь, 2004.
4. Йонтеф Г. Осознавание, диалог и процесс в гештальт-терапии. М.: МГИ, 2004.
5. Масколье Г. Гештальт-терапия вчера, сегодня, завтра. Быть собой. М.: Боргес, 2010.
6. Масколье Г. Техники в гештальт-терапии // Теория и практика психотерапии, № 1 (1), 2014. С. 60-64.
7. Наранхо К. Техники гештальт-терапии. Практическое руководство для профессионалов. СПб. 1995.
8. Перлз Ф., Гудмен П., Хефферлин Р. Практика гештальт-терапии. М.: Институт Общегуманитарных Исследований, 2001.
9. Перлз Ф. Гештальт-подход. Свидетель терапии. М.: Психотерапия, 2007.
10. Резник Р. Гештальт-терапия: принципы, точки зрения и перспективы // Российский гештальт, № 8, 2008. С. 5-10.
11. Спаниоло Лобб М. Сейчас-ради-потом в психотерапии. Гештальт-терапия, рассказанная в обществе эпохи постмодернизма. Феникс, 2015.

 

2017-02-17
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?