Иногда удобно увидеть корень всех своих проблем

в чем то ирреальном.

 

На диване сидела молодая, очень умненькая девушка.  Она тщательно подбирала слова, пыталась точно сформулировать то, что ее беспокоило, дополняла информацию, если чувствовала, что мне это необходимо, то есть старалась сотрудничать, что существенно облегчало работу и создавало положительный контекст.

Как только речь зашла о маме, ее поведение заметно изменилось. Она немного вжалась в диван, зрачки расширились, в глазах появился страх, между словами увеличились временные промежутки,  она с трудом выдавала необходимую информацию.  Было понятно, что отношения с мамой  далеки до идеальных.



Любые попытки рассмотреть эти отношения поближе встречали сопротивление, которое она тщательно скрывала за красивыми фразами, оправданиями  и пояснениями  о том, что мамин характер можно  понять, зная  ее тяжелую  судьбу.

После сеанса она выглядела немного удивленной, встревоженной и вдруг попросила разрешения записать маму. На мой вопрос: а согласиться ли мама на то, что без  ее ведома ее записали на прием к психологу? - девушка ответила, что она думает, что мама, узнав, что она была у психолога,  сама этого захочет.

Мне сразу стало понятно и ее поведение и желания – скорее всего она очень боится: с одной стороны, потерять благосклонность матери (а это значит, что она ее просто боится), с другой стороны, скорее всего материнский контроль в этой семье нарушать не позволено.  А  по отношению к нарушившему,  будут применены такие  «карательные санкции», что «мало не покажется».

На просьбу о записи матери, я предложила поговорить с ней (лично),  и, только после этого мы можем договариваться о встрече.

Как и предполагалось, мама пришла. Она  внимательно смотрела мне в глаза, как будто хотела загипнотизировать, но поскольку это не получилось, то поменяла тактику на заискивающе - соглашательскую,  за которой скрывалась явная попытка  убедить меня в том, что я не так все поняла, не так поняла ее дочь, что она сама себе что-то придумала, что они уже выяснили причину проблем,  и что, вообще, на их семье - порча.  Выпалив это, она внимательно «вцепилась глазами» мне в глаза, проверяя мою реакцию.

- В чем же она выражается и проявляется? – Изображая деланное удивление, спросила я.

- Вы не представляете – мы все время ссоримся (выдохнула она не то с облегчением, не то от возможности просто мне все объяснить, а значит, переубедить).   Девочки (есть еще старшая дочь)  ссорятся между собой.  Вы не представляете -  они меня стали обманывать…

Слушая эту тираду,  меня не покидал вопрос: а захочет ли эта женщина услышать правду, что конфликты создает  она – контролируя и вмешиваясь в жизнь уже взрослых детей, затем у девочек формируется привычка то же делать друг с другом и, по маминому примеру, «учить жизни» друг друга тогда,  когда их не спрашивают, затем они уже, считая себя достаточно взрослыми,  начинают давать советы маме, что ее «выбешивает», и так до бесконечности – круг замкнулся.

- А как Вы уже пытались решить эту проблему? - спросила я, не называя ее.

- Мы ходили к одной бабке, она нам выкатывала и снимала порчу.



- Кто мы?

- Я заставила девочек поехать со мной. Сначала они сопротивлялись, но после бабки стали тише и всю дорогу назад  мы ехали молча.

- Конечно, подумалось мне, - с тобой спорить – себе дороже, а еще,  девочки,  могли  испугаться каких - то обрядов и необычного поведения. А мама посчитала это результатом благотворного влияния бытового колдовства.

- А сейчас, вы снова ссоритесь?

- Да, и поэтому, наверное,  младшенькая, и пошла к психологу.

- Вы считаете, что она поступила неправильно?

- Не знаю,- как то испуганно посмотрела она на меня, и мне показалось, что  она боится, что и я могу навести на них порчу, если она меня рассердит.

-Не бойтесь, - поспешила успокоить ее я, - я порчу наводить не умею…

Она очень внимательно посмотрела не меня, замолчала, как будто погрузилась в глубокие раздумья. В ее взгляде сквозило одновременно недоверие и желание найти выход. В кабинете  воцарилось  длительное молчание.

Очнувшись, мама не знала что делать. Она встала и заторопилась.

- Я, наверное, пойду.

Очень жаль…, что она из тех людей, для которых беседа не по его сценарию невозможна. Ситуация, в которой она не контролирует процесс – недопустима. И, хотя, в ее голове промелькнула мысль  о другом  способе решения – помощи психолога, но он, психолог, был тем, с кем привычные сценарии не работают, есть вероятность почувствовать себя слабее собеседника и…  в ее понимании  - проиграть, потому что любую потерю контроля она воспринимала как проигрыш.

Вернее, не контроль, а  иллюзию контроля.  Потому что не здоровье и счастье близких, не реальные достижения, а именно иллюзия контроля для этого человека – величайшая ценность.



 

 

2017-07-23
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?