УДК 159.922

 

Практики осознанности в развитии самосознания, коррекции и профилактике его нарушений

 Аннотация. Целью данной статьи является анализ исследований эффективности практик осознанности (MBCT и MBSR) в работе с самосознанием личности в норме и при нарушениях функционирования психики. Обобщены терапевтические возможности использования методов, основанных на осознанности (Mindfulness), в целях развития самосознания, коррекции и профилактики его нарушений.

На основе анализа преимущественно зарубежных исследований выявлено, что Mindfulness-медитация может выступать эффективным средством профилактики, а также ослабления симптоматики при множестве психоневрологических расстройств, в том числе тех, компонентом клинической картины которых выступают нарушения самосознания (расстройства шизофренического спектра, клиническая депрессия, травматические и стрессовые расстройства, биполярное аффективное расстройство). Технология успешно применяется также в целях реабилитации пациентов, развивая у них внимательность, организованность, стрессоустойчивость, контроль над импульсами.

Ключевые слова: практика осознанности, самосознание, расстройства шизофренического спектра, шизофрения, психоз, расстройства самосознания.

 

Mindfulness-meditation for the development of self-consciousness, prevention and correction of its disorders

 

 

Summary. The aim of the article is to analyze the researches of efficiency of cognitive therapy techniques (MBCT and MBSR), which are based on the mindfulness in working with self-consciousness in health and mental disorders. The possibilities of use of the methods based on Mindfulness aimed at the development of self-consciousness, prevention and correction of its disorders are summarized.

The results of the foreign researches testify that Mindfulness-meditation can be effective in preventing schizophrenia spectrum disorder, clinical depression, traumatic and stress disorders, bipolar affective disorder. The technology has been successfully used for rehabilitation of patients developing their self-control, attention, organization, resistance to stress, impulses control.

Keywords: Mindfulness, self-consciousness, schizophrenia spectrum disorders, schizophrenia, psychosis, disorders of consciousness.

 

Введение

В западной психотерапевтической практике, где психологическая помощь строится на принципах доказательной медицины, последние 20-30 лет когнитивно-поведенческая терапия удерживает ведущие позиции и устойчивую репутацию метода, клинически обосновавшего свою эффективность [1, 2, 3, 4]. В отечественной психотерапии когнитивно-поведенческий подход начал более активно развиваться в течение последних 3-5 лет: наблюдается формирование профессионального сообщества, разработка и реализация обучающих программ, организация исследований эффективности, издание соответствующей литературы и т.д. В то время как в России, Украине, Беларуси популярность данного подхода последовательно возрастает, западноевропейские и американские исследователи отмечают в последнее время некоторое снижение эффективности КПТ [1, 5, 6]. Так, Tom Johnsen и Oddgeir Friborg делают соответствующие выводы, опираясь на анализ 70-ти исследований, осуществлённых между 1977 и 2014 годами. За этот период эффективность когнитивно-поведенческой терапии в лечении депрессии, как показывают авторы, снизилась примерно вдвое [1].

В контексте относительного снижения эффективности классического варианта когнитивно-поведенческого подхода в психотерапии особую роль начинают приобретать практики, базирующиеся на осознанности (mindfulness). Технология Mindfulness в настоящее время широко используется за рубежом, в том числе в клинической психологии, вызывая заметный интерес у научного сообщества, особенно в контексте получения эмпирических доказательств её положительного влияния на деятельность мозга [7, 8]. В настоящее время получены эмпирические доказательства влияния практики осознанности на функционирование различных сфер психики. Многочисленные исследования показали её эффективность при депрессиях, биполярном аффективном расстройстве, синдроме хронической усталости, бессоннице, нарушениях пищевого поведения, в снижении тревожности, повышении иммунитета, уменьшении хронических болей, повышении концентрации внимания, улучшении мнемических функций, усилении субъективного ощущения благополучия, снижении негативных влияний стресса, а также физической и психической истощаемости [8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18 и др.].

Осознанность и самосознание. Mindfulness (осознанность) определяется исследователями как безоценочная фокусировка внимания на текущем моменте. Данная практика фундирует несколько эмпирически и теоретически аргументированных программ, состоящих в большинстве своём из медитативных техник, которые могут использоваться в целях достижения психотерапевтического, релаксационного и развивающего (в том числе формирующего когнитивную сферу субъекта) эффектов. Осознанность выступает как одна из форм переживания (проживания) реальности, позволяющая переживать себя, непосредственно отслеживая собственные ощущения, эмоции, мысли, не подвергая их анализу и критическим суждениям [19, 20, 21]. Одним из первых, в 70-х годах XX века, термин Mindfulness в научный и практический обиход ввел американский профессор медицины Jon Kabat Zinn (Университет шт. Массачусетс). Именно он разработал концепцию Mindfulness, адаптировав буддистские практики внимательности к сознанию человека западного типа [20]. В настоящее время практика, имеющая восточные корни и опирающаяся при этом на системный подход, лежащий в основе западной методологии лечения психических расстройств, концептуально отошла от своих религиозных истоков, прочно вошла в контекст западной психотерапии, практической психологии, нейропсихологии [20, 22].

Как мы отметили выше, существует несколько основных программ, операционализирующих практику осознанности, среди которых наиболее эмпирически аргументированными являются Mindfulness-based stress reduction (MBSR), применяющаяся преимущественно в лечении расстройств, причиной которых является стресс, и Mindfulness-based cognitive therapy (MBCT), ориентированная в основном на пациентов, страдающих от периодических приступов депрессии. MBCT и MBSR представляют собой центральные направления так называемой «третьей волны» когнитивно-поведенческой терапии [9, 10, 22, 23, 24, 25].

В настоящее время практики осознанности активно используются не только в терапии депрессий и предотвращении её рецидивов, снижении стресса и повышении работоспособности, но также в работе с самосознанием личности. Вопросы развития, коррекции самосознания, профилактики его нарушений, а также изучение структур головного мозга, обеспечивающих функционирование этого многоаспектного феномена, представляют особый интерес для зарубежных и отечественных исследователей различных направлений [26, 27, 28 и др.]. Значительную часть современных исследований самосознания составляют исследования, предпринятые в логике когнитивно-поведенческого подхода, в том числе его «третьей волны». В частности, активно исследуется влияние практик осознанности на формирование, развитие и коррекцию самосознания в норме и при психических расстройствах; именно эти исследования будут проанализированы нами ниже.

Влияние практик осознанности на самосознание

Нейропсихологические исследования. Описание феноменов самосознания в нейрофизиологии и нейропсихологии осуществляется главным образом через апелляцию к функционированию нервных сетей головного мозга, которые обусловливают осознавание сенсорных явлений любого рода. Согласно B. Merker, за «базовую осознанность» – возможность интерпретировать ощущения, исходящие из окружающей среды в соответствии с ближайшими целями человека, отвечает ствол головного мозга [29].

В рамках нейропсихологических и нейрофизиологических исследований сознания в последнее время активно разрабатываются проблемы формирования самосознания и связей сознания с самосознанием [30, 31]. Так, феномен осознанного присутствия трактуется A.K. Seth, K. Suzuki, H.D. Critchley как субъективное чувство реальности окружающего мира и личности, находящейся в нём [31]. В целях рассмотрения данного феномена исследователями выдвигается модель, согласно которой ощущение осознанного присутствия возникает при соответствии друг другу интероцептивных предиктивных и входных сигналов при одновременном подавлении ошибочных сигналов [31]. Ключевую роль в этом процессе, как отмечает A.D. Craig [32], исполняют корковые области: передняя область островка Рейля, обеспечивающая интеграцию интероцептивных и экстероцептивных сигналов, способствующая генерации эмоциональных состояний, и лобная поясная кора, содержащая нейроны фон Экономо (НФЭ) [33, 34], которые вовлечены в восприятие состояний организма и связаны с нервными коррелятами сознания [30].

  1. R.Davidson также отмечает, что самосознание соответствует активности центральной зоны головного мозга – островка Рейля, который воспринимает сигналы, поступающие от внутренних органов [35]. Самосознание понимается автором как осознание человеком внутренних телесных процессов и ощущений, связанных с эмоциями, которые переживаются в данный момент. R. Davidson доказывает, что работа нейронных контуров, отвечающих за самосознание, динамична и поддаётся коррекции посредством систематических практик осознанности. В процессе регулярных медитаций уровень активности в зоне островка Рейля повышается, что обусловливает пропорциональное изменению уровня активности развитие самосознания [35].

Группой учёных из Гарвардского университета, занимающейся нейропсихологическими исследованиями эффективности практик осознанности, был организован эксперимент [12, с.41], в ходе которого обнаружилось, что по прохождению восьминедельного курса медитативной практики у участников эксперимента увеличилась плотность серого вещества в области гиппокампа, обеспечивающего мнемические функции и процесс обучения, а также в отделах мозга, отвечающих за самосознание и самоанализ. Исследователи пришли к выводу, что в процессе практики mindfulness человек не только учится самой способности медитировать, но также развивает навык контроля над импульсами, внимательность, организованность и стрессоустойчивость [12].

Исследователи Нью-Йоркского университета под руководством профессора Z. Josipovic в течение нескольких лет занимаются изучением мозговой активности людей, длительное время практикующих медитации осознанности, с помощью аппарата фМРТ [36, с.2]. Учёного и его коллег заинтересовала работа нейронных сетей – внешней («сеть целевой активности», task positive network), «коммуницирующей с миром», функционирующей при выполнении задач, ориентированных вовне, лежащей в основе ориентированного на результат мышления, и внутренней («сеть ненаправленной активности», default mode network), поддерживающей центрированные на себе мысли, обеспечивающей процессы самоанализа, размышлений человека о самом себе, своих эмоциях, поступках. В обычном состоянии для человека характерно преимущественное доминирование либо одной, либо другой сети. Как обнаружилось в ходе исследований, в процессе медитации осознанности обе сети активизируются и функционируют одновременно, способствуя достижению чувства гармонии (при этом поток информации извне совпадает с потоком данных, описывающих собственное «я») [36]. В некотором смысле, результаты эксперимента опровергают известное заблуждение о необходимости полного подавления внутреннего «я» для достижения гармонии. Как предполагают исследователи, нарушение баланса двух функциональных сетей становится причиной таких недугов, как аутизм, клиническая депрессия и болезнь Альцгеймера: все они в той или иной степени связаны с расстройством самосознания, потерей собственного «я» и утратой контактов с «внешним миром» [36].

Исследования в области психологии личности. К настоящему времени проведено значительное количество исследований в области общей психологии и психологии личности, посвящённых изучению возможностей влияния практик осознанности на развитие различных аспектов самосознания субъекта. Так, David Creswell и его коллеги приводят данные о том, что практика осознанности повышает уровень эмоционального самосознания личности [37]. Практикующие Mindfulness, как показывают исследования, активно развивают свои способности к быстрой и точной обработке эмоционально насыщенной информации, распознаванию возникающих эмоций, интерпретации и четкому формулированию своих чувств в данный момент, пониманию их возможных последствий для себя и окружающих [37].

  1. C.Crescentini и V.Capurso, анализируя результаты исследований, направленных на изучение влияния Mindfulness-медитации на личность, отмечают воздействие осознанности на развитие самосознания человека через развитие чувства ответственности, аутентичности, сострадания, самопринятия. Исследователи выявили, что медитативные практики способствуют положительным изменениям самооценки и самосознания, более целостному видению и пониманию себя, развивают функции саморегуляции личности. Практикующие осознанность обнаруживают большую динамичность самовосприятия. Переход от ригидного к динамическому состоянию идентичности способствует большей объективности в отношении своего внутреннего опыта, более полному и подлинному контакту субъекта с окружающим миром, уменьшению психологического напряжения [38].

Отечественные учёные, занимающиеся изучением влияния рефлексивных процессов на саморегуляцию, также демонстрируют интерес к исследованиям Mindfulness (как осознанного присутствия). Они отмечают, что медитация способствует развитию основных составляющих эмоционального интеллекта и может рассматриваться в качестве одного из эффективных инструментов в его развитии и коррекции, опосредующих повышение адаптационных возможностей личности [39]. Практика Mindfulness, как показывают исследования отечественных учёных, оказывает позитивное воздействие на следующие свойства личности: самоуважение, оптимизм, эмоциональное благополучие, удовлетворенность жизнью, самоактуализацию, автономность, социальную компетентность [40, с.16]. Осознанность эффективна в процессах снижения нейротизма, тревоги, враждебности, депрессии, импульсивности, уязвимости, эмоциональных расстройств, негативных аффектов, соматизации. Д.А. Леонтьев и А.Ж. Аверина приходят к общему выводу о связи осознанного присутствия и ощущения общего субъективного благополучия [40].

Практики осознанности в работе с нарушениями самосознания при психических расстройствах

Правомерность использования коррекционных программ, выстроенных с опорой на технологии Mindfulness, в качестве дополнительных методов терапии различных психических расстройств, в том числе тревоги, депрессии, заболеваний, вызванных употреблением психоактивных веществ, и других расстройств психики, сопровождающихся нарушениями функционирования самосознания, приобретают всё большие эмпирические основания. В результате использования таких программ отмечается повышение осознанности негативных мыслей и чувств, что позволяет вовремя их отследить и остановить процесс образования психических руминаций. В связи с этим, интервенции, основанные на медитативных практиках, зарекомендовали себя в качестве эффективного терапевтического средства при депрессивных и тревожных расстройствах, которые зачастую запускают и сопровождают иные психические заболевания, в том числе связанные с нарушением функционирования самосознания [17, 23, 25]. При биполярном аффективном расстройстве использование программ MBCT и MBSR обеспечивает значительное снижение тревожных и депрессивных проявлений, а также улучшение эмоциональной регуляции пациентов [41]. Результаты последних исследований свидетельствуют, что осознанность может уменьшить клинические проявления шизофрении [42]. Так, исследователи приходят к выводу, что использование практик осознанности людьми с диагнозом шизофрения, имеющими выраженные особенности в функционировании самосознания и испытывающими проблемы с адаптацией в социуме (особенности мотивации, регуляции эмоций, дисфункциональность отношений и т.д.), способствует ослаблению у них негативной симптоматики [42].

Отслеживая активность мозга практиков медитации со стажем, а также начинающих практиковать Mindfulness с помощью фМРТ, Джадсон Брюэр (Judson A. Brewer) и его коллеги из Йельского университета сделали вывод о «затормаживающем» эффекте медитативных практик на работу нейронной сети ненаправленной активности (default mode network), которая играет важную роль в самосознании и, одновременно, участвует в процессах беспорядочного, навязчивого мыслепродуцирования – руминациях [43, с.21]. Ограничение «самоанализирующей» нейронной активности предохраняет сознание от центрирования на «Я», глубокого погружения в собственные мысли, от высокой тревожности, низкой результативности – симптомов, характерных для различных психических расстройств, включая аутизм и шизофрению. Независимо от подвида практики, процесс медитации осознанности вызывает снижение активности в некоторых областях коры головного мозга (медиальной префронтальной и задней поясной). Помимо этого, у практикующих Mindfulness активизируются участки мозга, осуществляющие когнитивный контроль. Исследователи полагают, что медитативная практика уравновешивает самоаналитическую активность сознания, удерживая его в текущем моменте и сохраняя при этом связь с внешним миром [43].

В отдельных исследованиях отмечается результативность Mindfulness в терапии дисфункциональных реакций на тяжёлый стресс, а также сопутствующих им тревожных, депрессивных и диссоциативных расстройств, компонентами клинической картины которых выступают нарушения самосознания (деперсонализация, дереализация) [44, 45]. Практики осознанности рассматриваются как эффективное средство в работе с травматическими и стрессовыми расстройствами (в том числе и посттравматическим стрессовым расстройством (ПТСР)), улучшая навыки саморегулирования, повышая уровень субъективного благополучия, уменьшая выраженность негативной симптоматики [44, 45].

L.W. Davis, A.M. Strasburger, L.F. Brown доказали, что технология Mindfulness эффективна в снижении симптомов тревоги у людей с расстройствами шизофренического спектра и собственно шизофренией [46]. Практика осознанности способствует здесь результативному управлению беспокойством и стрессом. Mindfulness-ориентированный подход к больным шизофренией оказывает восстанавливающий эффект после острых фаз расстройства, обучая таких больных отслеживанию и управлению симптомами заболевания, содействуя обретению психической устойчивости, ускорению адаптации, улучшению самочувствия и обусловливая становление более адекватной и полноценной самоидентификации [47].

W.T. Chien, D.R. Thompson исследовали эффективность Mindfulness в терапии людей с шизофренией, используя данную практику прежде всего в целях сокращения рецидивов [48]. У практикующих медитации выявляются облегчение симптомов, уменьшение количества, длительности и тяжести острых фаз психического расстройства и значительные улучшения в области самосознания: осознание пациентами признаков болезни, продолжительности ремиссий, отслеживание изменений своего состояния, приближения повторной госпитализации [48]. L.W. Davis с коллегами продемонстрировали результативность технологии Mindfulness в реабилитации и восстановлении пациентов с шизофренией и шизоаффективным расстройством [49]. Участники исследования, прошедшие 8-шаговую программу MBCT и обученные практике осознанности, показали более высокую работоспособность после выхода из больницы по сравнению с группами интенсивной поддержки. При этом разница между практикующими Mindfulness и пациентами, получившими классическую помощь, возросла с течением времени: больные обнаруживали повышенную производительность труда, увеличение работоспособности и мотивации профессиональной деятельности [49].

До недавнего времени клиницисты полагали, что применение практики осознанности наносит вред больным с психотическими расстройствами. Тем не менее, в последние годы появляются доказательства тог о, что Mindfulness-подход для пациентов этой категории, при использовании технологии в адаптированном виде, безопасен и, более того, терапевтичен. Так, P. Chadwick отмечает, что терапевтическое вмешательство, базирующееся на Mindfulness, позволяет больным обучиться иному – более конструктивному реагированию на свои симптомы [50]. Вместо привычных паттернов реагирования на возникновение симптома (снижение настроения, попытка маскировки либо полное отрицание симптома) в процессе регулярной практики осознанности появляются навыки его распознавания, принятия, внимательного самонаблюдения без интенций к немедленному реагированию. Осуществлённые автором экспериментальные исследования позволяют сделать вывод о том, что использование медитативной практики людьми, страдающими от психотических расстройств, помогает им научиться распознавать негативные реакции, повысить степень самопринятия, принятия своего заболевания и опыта, связанного с этим заболеванием, осознать важность своих реакций на болезненные ощущения. Ни один из участников исследования не обнаружил негативных последствий практики [50].

После прохождения 8-шаговой программы MBCT в рамках осуществлённого C. Randal с коллегами исследования у участников, страдающих психозами, выявлены повышение самооценки, способности действовать более осознанно. Практика осознанности, осуществляемая при работе с людьми этой категории, способствует улучшению межличностного восприятия, повышению самопонимания, общему психофизическому восстановлению [51]. A.C. Tong, J.J. Lin отмечают, что после прохождения курса MBCT, у пациентов с психозами наблюдается значительное уменьшение показателей депрессивности их состояния, улучшение качества жизни, повышение способности к различению ощущений, эмоций, чувств и конструктивному реагированию. Участники исследования также отметили положительное влияние практики на своё эмоциональное состояние в целом [52].

Выводы

- На фоне некоторого снижения эффективности когнитивно-поведенческой терапии на западе наблюдается рост популярности психотерапевтических методов, базирующихся на осознанности (Mindfulness). Mindfulness (как безоценочная фокусировка внимания на текущем моменте) фундирует ряд эмпирически и теоретически аргументированных практик (основными среди которых являются MBCT и MBSR), состоящих в большинстве своём из медитативных техник, которые могут использоваться в целях достижения психотерапевтического, релаксационного и развивающего (в том числе формирующего когнитивную сферу субъекта) эффектов.

- В ходе многочисленных, преимущественно зарубежных, исследований получены достоверные данные, доказывающие, что практики осознанности развивают навыки контроля над импульсами, внимательность, организованность, стрессоустойчивость, а также оказывают влияние на развитие эмоционального интеллекта. У практикующих Mindfulness увеличивается плотность серого вещества в области гиппокампа, обеспечивающего осуществление ряда когнитивных процессов, а также в отделах мозга, отвечающих за самосознание и самоанализ.

- Mindfulness-медитация, как показывают зарубежные исследования, может выступать эффективным средством профилактики психоневрологических расстройств, в том числе связанных с нарушением функционирования самосознания (расстройства шизофренического спектра, клиническая депрессия, тревожные, травматические и стрессовые расстройства, биполярное аффективное расстройство). Регулярная практика осознанности уравновешивает «самоаналитическую» активность сознания, удерживая его в текущем моменте и сохраняя при этом связь с внешним миром.

- Медитация осознанности способствует уменьшению клинических проявлений шизофрении и других расстройств шизофренического спектра, негативной симптоматики, облегчению и уменьшению количества рецидивов, повышению уровня самосознания больных этой категории. Также технология успешно применяется в целях реабилитации таких пациентов и их общего восстановления.

Резюмируя результаты исследований, следует в целом отметить значительные возможности практик осознанности в развитии самосознания, профилактике и коррекции его расстройств. Недостаточно изученными, вместе с тем, остаются потенциал использования Mindfulness в работе с таким важным психическим процессом как самоидентификация и возможности влияния практик осознанности на становление и коррекцию идентичности в целом. Эта сфера представляется весьма перспективной для дальнейшей разработки, особенно в контексте активно развернувшейся в последнее время научной полемики вокруг проблемы становления идентичности в норме, а также её коррекции при различных психических расстройствах.

Литература:

  1. Johnsen T.J., Friborg, O. (2015) The Effects of Cognitive Behavioral Therapy as an Anti-Depressive Treatment is Falling: A Meta-Analysis. Psychological Bulletin, 4, pp. 747-768.
  2. Enright S. (1999) Cognitive-behavioural therapy - an overview. CPD Bulln Psychiat., 1, pp. 78-83.
  3. Persons J.B., Burns D.D., Perloff, J.M. (1988) Predictors of dropout and outcome in cognitive therapy for depression in a private practice setting. Cognitive Therapy and Research, 12, pp. 57-75.
  4. Hofmann G., Asnaani A., Vonk I.J.J., Sawyer A.T., Fang A. (2012) The Efficacy of Cognitive Behavioral Therapy: A Review of Meta-analyses. Cognit Ther Res., no. 5, pp. 427–440.
  5. Driessen E., Hollon S.D., Bockting C.L., Cuijpers P., Turner E.H. (2015) Does Publication Bias Inflate the Apparent Efficacy of Psychological Treatment for Major Depressive Disorder? A Systematic Review and Meta-Analysis of US National Institutes of Health-Funded Trials. PLoS One, 9, pp. 41-50.
  6. Waller G. (2009) Evidence-based treatment and therapist drift. Behav Res Ther., 2, pp. 119-127.
  7. Farb N., Segal Z.V., Mayberg H. at al (2007) Attending to the present: Mindfulness meditation reveals distinct neural modes of self-reference. Social Cognitive and Affective Neuroscienc, 2, pp. 3–22.
  8. Lazar S.W., Kerr C., Wasserman R.H. at al (2005) Meditation experience is associated with increased cortical thickness. NeuroReport, no. 16, pp. 7–18.
  9. Романчук О.І. (2012) Майндфулнес­орієнтована КПТ – новий ефективний метод попередження рецидиву депресії. НейроNews, № 3, С. 40­45.
  10. Siegel D. (2007) The Mindful Brain: Reflection and Attunement in the Cultivation of Well-Being, NY: Norton, 387 p.
  11. Davidson R.J. et al (2003) Alterations in Brain and Immune Function Produced by Mindfulness Meditation. Psychosomatic Medicine, no. 65, pp. 564-570.
  12. Hölzel B.K., Carmody J., Vangel M., Congleton C., Yerramsetti S.M., Gard T., Lazar S.W. (2011) Mindfulness practice leads to increases in regional brain gray matter density. Psychiatry Research: Neuroimaging, 1, pp. 36-43.
  13. James D., Herbert, Evan M. Forman (2009) Acceptance and Mindfulness in Cognitive Behavior Therapy. NeuroReport, 17, pp. 23-37.
  14. Jha A.P., Stanley E.A. (2010) Examining the protective effects of mindfulness training on working memory capacity and affective experience. Emotion, 10 (1), pp. 54–64.
  15. Napoli M., Krech P., Holley L. (2005) Mindfulness Training for Elementary School Students: The Attention Academy. Journal of Applied School Psychology, no. 21 (1), pp. 99-125.
  16. Tang Y. et al (2007) Short-term meditation training improves attention and self-regulation. PNAS, 43, pp. 52-56.
  17. Teasdale J.D., Ma S.H. (2004) Mindfulness-based cognitive therapy for depression: replication and exploration of differential relapse prevention effects. Journal of Consulting and Clinical Psychology, no. 1, pp. 31–40.
  18. Zeidan F., Johnson S.K., Diamond B.J. (2010) Mindfulness meditation improves cognition: Evidence of brief mental training. Consciousness and Cognition, 19, pp. 597–605.
  19. Bishop S.R., Lau M., Shapiro S., Carlson L., Anderson N.D., Carmody J., Segal Z.V., Abbey S., Speca M., Velting D., Devins G. (2004) Mindfulness: A Proposed Operational Definition. Clinical Psychology: Science & Practice, 3, pp. 230–241.
  20. Kabat-Zinn, J. (1982) An Outpatient Program in Behavioral Medicine for Chronic Pain Patients Based on the Practice of Mindfulness Meditation: Theoretical Considerations and Preliminary Results. General Hospital Psychiatry. 4, pp. 33–47.
  21. Brown K.W., Ryan R.M. (2003) The Benefits of Being Present: Mindfulness and Its Role in Psychological Well-Being. Journal of Personality and Social Psychology, no. 4, pp. 822–848.
  22. Garay C.J., Korman G.P., Keegan E.G. (2015) Mindfulness-based cognitive therapy (MBCT) and the «third wave» of cognitive-behavioral therapies (CBT). Vertex, 26, pp. 49-56.
  23. Hunot V., Moore T.H., Caldwell D., Davies P., Jones H., Lewis G., Churchill R. (2010) Mindfulness-based «third wave» cognitive and behavioural therapies versus other psychological therapies for depression. Cochrane Database Syst Rev., 9, pp. 25-38.
  24. Hayes S.C., Jacobson N.S., Follette V.M., Dougher M.J. (eds.) (1994) Content, context, and the types of psychological acceptance, Acceptance and change: Content and context in psychotherapy. Reno, NV: Context Press, P. 13–32.
  25. Segal Z.V., Williams J.M.G., Teasdale J.D. (2002) Mindfulness-based Cognitive Therapy for Depression: a new approach to preventing relapse, NY: Guilford Press, 351 p.
  26. Агапов В.С. (2012) Современные исследования самосознания и Я-концепции субъекта в контексте идей С.Л. Рубинштейна. Акмеология, № 1, С. 133-143.
  27. DaSilveira A., DeSouza M.L., Gomes W.B. (2015) Self-consciousness concept and assessment in self-report measures. Front Psychol., no. 6, pp. 9-30.
  28. Huang Z., Obara N., Davis H.H. 4th, Pokorny J., Northoff G. (2016) The temporal structure of resting-state brain activity in the medial prefrontal cortex predicts self-consciousness. Neuropsychologia, 82, pp. 61-70.
  29. Merker (2007) Consciousness without a cerebral cortex: a challenge for neuroscience and medicine. Behav Brain Sci., no. 1, pp. 63-81.
  30. Manuello J., Vercelli U., Nani A., Costa T., Cauda F. (2016) Mindfulness meditation and consciousness: An integrative neuroscientific perspective: An integrative interpretation. Consciousness and Cognition, no. 40, pp.68-78.
  31. Seth A.K., Suzuki K., Critchley H.D. (2012) An interoceptive predictive coding model of conscious presence. Frontiers in psychology, no. 2, pp. 395.
  32. Craig A.D. (2009) How do you feel - now? The anterior insula and human awareness. Nature reviews. Neuroscience, 10, pp. 59-70.
  33. Craig A.D. (2004) Human feelings: why are some more aware than others? Trends in cognitive sciences, no. 8, 239-241.
  34. Sturm V.E., Rosen H.J., Allison S., Miller B.L., Levenson R.W. (2006) Self-conscious emotion deficits in frontotemporal lobar degeneration. Brain: a journal of neurology, no. 12, pp. 8-16.
  35. Lutz A., Dunne J.P., Davidson R.J. (2006) Meditation and the neuroscience of consciousness: An Introduction, The Cambridge Handbook of Consciousness: Cambridge University Press, 120 p.
  36. Josipovic Z., Dinstein I., Weber J., Heeger D.J. (2012) Influence of meditation on anti-correlated networks in the brain. Hum. Neurosci., no. 5, pp. 1-11.
  37. Creswell J.D., Way B.M., Eisenberger N.I., Lieberman M.D. (2007) Neural correlates of dispositional mindfulness during affect labeling. Psychosomatic Medicine, no. 69 (6), 560–565.
  38. Crescentini C., Capurso V. (2015) Mindfulness meditation and explicit and implicit indicators of personality and self-concept changes. Psychol., no. 6, P. 44.
  39. АфанасьевС.В. (2014) Медитация в психологической работе с проблемами социально-психологической адаптации. Молодой ученый, № 3, С.764-766.
  40. Леонтьев Д.А., Аверина А.Ж (2011) Феномен рефлексии в контексте проблемы саморегуляции. Психологические исследования: электрон. науч. журн, № 2, С.
  41. Gotink R.A., Chu P. et al (2015) Standardised Mindfulness-Based Interventions in Healthcare: An Overview of Systematic Reviews and Meta-Analyses of RCTs. PLoS ONE, no. 10, pp. 4-21.
  42. Tabak N.T., Horan W.P., Green M.F. (2015) Mindfulness in schizophrenia: Associations with self-reported motivation, emotion regulation, dysfunctional attitudes, and negative symptoms. Schizophr Res., 12, pp. 42.
  43. Garrison K.M, Brewer J.A , Scheinost D. at all (2013) Real-time fMRI links subjective experience with brain activity during focused attention. NeuroImage,81, pp. 110-118.
  44. Frewen P., Rogers N., Flodrowski L., Lanius R. (2015) Mindfulness and Metta-based Trauma Therapy (MMTT): Initial Development and Proof-of-Concept of an Internet Resource. Mindfulness (N Y), no. 6, pp. 22-34.
  45. King A.P., Block S.R., Sripada R.K., Rauch S., Giardino N., Favorite T., Angstadt M., Kessler D., Welsh R., Liberzon I. (2016) Altered default mode network (DMN) resting state functional connectivity following a mindfulness-based exposure therapy for posttraumatic stress disorder (PTSD) in combat veterans of Afghanistan and Iraq. Depress Anxiety, no. 4, pp. 89-99.
  46. Davis L.W., Strasburger A.M., Brown L.F. (2007) Mindfulness: an intervention for anxiety in schizophrenia. J Psychosoc Nurs Ment Health Serv., 45 (11), pp. 9-23.
  47. Davis L., Kurzban S. (2012) Mindfulness-based treatment for people with severe mental illness: A literature review. Am J Psychiatr Rehabil, 15, no. 2, pp. 202-232.
  48. ChienW.T., Thompson D.R. (2014) Effects of a mindfulness-based psychoeducation programme for Chinese patients with schizophrenia: 2-year follow-up. Br J Psychiatry, no. 1, pp. 9-25.
  49. Davis L.W., Lysaker P.H., Kristeller J.L., Salyers M.P., Kovach A.C., Woller S. (2015) Effect of mindfulness on vocational rehabilitation outcomes in stable phase schizophrenia. Psychol Serv., 12 (3), pp. 3-12.
  50. Chadwick P. (2014) Mindfulness for psychosis. The British Journal of Psychiatry, no. 5, pp. 333-334.
  51. Randal C., Bucci S., Morera T., Barrett M., Pratt D. (2015) Mindfulness-Based Cognitive Therapy for Psychosis: Measuring Psychological Change Using Repertory Grids. Clin Psychol Psychother, no. 15, pp. 19-66.
  52. Tong A.C., Lin J.J., Cheung V.Y. et al (2015) A Low-Intensity Mindfulness-Based Intervention for Mood Symptoms in People with Early Psychosis: Development and Pilot Evaluation. Clin Psychol Psychother, no. 16, pp. 8-19.

 

 

 

 

 

 

 

2017-10-23
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?