Психоаналитические параллели: великий Голдинг и фантастический Гауди. Роман “Шпиль” и Храм Cвятого cемейства. Приглашение к размышлениям.

   Уильям Голдинг и Антонио Гауди, великий писатель и уникальный архитектор, Англия и Испания, что может быть общего,…спросите вы. Может быть, аналитическое мышление позволяет связывать, на первый взгляд, несоединимые вещи. Многие произведения Голдинга начинают завораживать уже своими названиями: “Пирамида”, “Шпиль”, “Зримая тьма”, “Движущаяся мишень”, “Свободное падение”, “Пожар внизу”, “Двойной язык”. Роман “Шпиль”  читается на одном дыхании. Он остается в голове сплошным тексом, наполненным смыслом каждым словом, эмоцией, цветом, звуком и даже небольшой деталью. “Шпиль”- роман-притча о созидании и разрушении, высоте и глубине мысли и поступков, о людском всемогуществе и ложной святости. В ассоциативный ряд  похожих по стилю и настроению, густоте смысла можно поставить романы Франца Каффки, Марселя Пруста, Габриэля Маркеса, Питера Хега. Истории Голдинга льются мелодией, рисуют картины жизни реалистичной, а потому, иной раз, и очень жестокой. Диалектикой жизни и многозначностью смысла пронизаны многие метафоры книги: “мы не можем жить там, где живут орлы”, “распятые на кресте собственной веры хотим к ангелам, а приближаемся к дьяволу”.

     Голдинг смог описать, как поют камни, как ангел становится бременем, под которым сгибается спина. Шпиль как каменный апокалипсис, на мой взгляд, продолжил  идею Гауди, воплощенной в недостроенном при жизни (недостроенном и сейчас!) Храме Святого семейства. После смерти Голдинга панихиду отслужили  в кафедральном соборе под тем самым шпилем, который вдохновил писателя на создание романа. Гауди похоронен в крипте недостроенного им Храма. В невозможных пространствах, которые пытались создать.

      Может быть, Шпиль Голдинга, как и храм Гауди, являются эдипальными символами?  Знакомство с биографией Гауди  позволяет предположить, что его постройки - это желание бунтовать против правил. Он своей жизнью подтверждает Эдип как базовую конструкцию нашего существования (влюбленность в мать-природу, связь с ней через огромные фаллосы его конструкций). Он всю жизнь пытался остаться со своим могущественным фаллосом, поддерживая эту иллюзию  своими фантастическим постройками. Его  дети - это его здания, в которых соединялось несоединяемое, например, пейзаж и мертвая конструкция, он оживлял ее. Или дом, в котором пространство движется и перерождается.

      Да, кто-то,  как Гауди, пытается остаться в своих фантазиях, предлагая миру красоту и неземное очарование запретных связей и глубинных инстинктов. А кто-то, как Голдинг, показывает тщетность человеческих иллюзий и даже их разрушительный характер. Возможно, Голдинг и мечтал о шпиле до небес, но сумел принять реальность и разрушить невозможное с точки зрения земных законов. Но даже на этом полпути было много человеческих трагедий. Идти за иллюзией - идти наперекор Жизни. Воплощать фантазии в реальность побуждает  невыносимая внутренняя боль и страдания. Гауди потерял своих трех братьев и мать, будучи еще молодым. Неземное одиночество заставляло его вновь и вновь изменять мир в необычном ракурсе, как будто “ты можешь все”.  Бессмертные произведения искусства и архитектуры доказывают, что Культура навсегда останется воплощением невозможного на земле.

 

2017-08-08
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?