К СМЫСЛУ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ТРАВМЫ

Тема психологической травматизации личности в последние несколько лет стала звучать с особой интенсивностью.

Существующие на сегодняшний день факторы, приводящие к развитию травматического стресса разнообразны. Домашнее и социальное насилие, злоупотребление людьми, вооруженные конфликты и террористические акции, социально-политические потрясения, геноцид и вынужденные миграции, экономические кризисы, природные и техногенные катастрофы…

Этот перечень можно было бы продолжать, и многие из нас не понаслышке знают все то, что скрывается за сухим перечислением. Так же очевидно, что пережитая некогда травма имеет свои выраженные и скрытые последствия, нередко имеют место пролонгированные последствия. Опыт травмы может тянуться годами, или напоминать о себе через много лет, даже тогда, когда, казалось бы все остается в прошлом и «нет смысла ворошить его».  Предсказать те или иные события практически невозможно.

Попытки избежать или преодолеть надвигающуюся катастрофу требуют значительных, порой чрезмерных, усилий. Травматический фон для многих становится скорее закономерностью, составляющей часть жизни. Это требует выработки внутренней готовности к восприятию непредсказуемости, случайности жизненных обстоятельств. Такая ситуация актуализирует целый ряд ключевых вопросов. Центральный из которых, который рано или поздно многие задают себе – можем ли мы избежать страдания?, в чем его смысл?, и в чем его смысл персонально для нас? Возможно, в этом и заключается цель жизни - избежать неприятностей и найти свое счастье. Или, как считают многие авторы, причисляющие себя к экзистенциальной и психоаналитической традиции, целью жизни является не поиск счастья, а поиск смысл?!

Ирвин Ялом: в жизни нет смыслы если мы его не конструируем сами, при этом, конструирование смысла основная задача человека.

Альбер Камю: смысл – единственный способ преодолеть абсурдность жизни, когда ее ценность приближается к нулю.

Федор Василюк: задача человека в отношении жизни – обеспечить ее смыслом.

Джеймс Холлис: пробуждение человека для личного развития дает ему новую перспективу – целью жизни является не поиск счастья, а смысл.

Актуализация всех этих контекстов связана с тем, что мир, к которому мы стараемся привыкнуть не гарантирует предсказуемости. Иллюзия постоянства и стабильности неминуемо рушится, как только мы сталкивается с обстоятельствами, повлиять на которые мы не в состоянии.

Вероятно, не будет преувеличением высказывание, что фоном современной жизни выступают военные конфликты и терроризм в различных регионах планеты. Даже если нас это не касается непосредственно, мы соприкасаемся с этой темой косвенно. Такое соприкосновение не лишено травматического потенциала, поскольку повышает фоновый уровень напряжения и тревоги. Тем более, если это напряжение подкрепляется процессами, происходящими в обществе в целом.

Социальная динамика на фоне военных конфликтов перенасыщена идиологемами, которые скорее лишают нас четкости в понимании происходящего. Мы ограничены в наших представлениях о том, что есть правда, а что есть ложь. Мы можем быть честны лишь перед самими собой. Если внутри нет опор, мы склонны опираться на те «костыли», которые нам кто-то предоставит извне, и у нас нет критерия оценки качества этих «костылей», насколько они хороши, крепки, правдивы…

Внутренняя пустота, вакуум смысла и разрушение базовых ценностей, выступают основой, на которой пускают корни ложные по своей природе идеологические установки и принципы.

Это тот общий фон, на котором разворачивается работа психологической травмы. Травмирование вследствие массовых социальных процессов и военных действий, имеющих характер гуманитарных катастроф, способно реализовывать свой потенциал на нескольких уровнях:

  • травмирование этнической группы/нации,
  • травмирование социума и отдельных социальных групп,
  • травмирование семейных и мультигенерационных систем,
  • травмирование отдельной личности.

Формирование травмы идет «сверху», от наиболее общих и генерализированных уровней, вниз, к базовым, т.е. к уровню отдельно взятого человека. Исцеление должно осуществляться в обратном порядке. Поскольку «отдельно взятый человек» – это скорее нонсенс, нежели норма. Каждый из нас «встроен» в системы социальных связей; мы выстраиваем каждый день множество контактов с миром, проявляем себя, заявляя тем самым содержание и смысл нашего бытия.

В какой-то момент, темы, касающиеся, внутреннего благополучия человека и утраты такого благополучия, целостности внутреннего мира и его разрушения, предсказуемого будущего и его неопределенности ‒ могут стать актуальными для каждого.

Почему так - сказать с одной стороны очень просто. Можно найти массу причин, социальных смыслов, исторических контекстов, усилий «политической воли» и «экономической целесообразности». Но способно ли слова в полной мере что-то объяснить!?

Мы можем много и, наверное, содержательно рассуждать о различных политических моментах нашей «новейшей» истории, о социальных потрясениях, экономических кризисах, непредсказуемых жизненных обстоятельствах, о тупиках и омутах души…, – но в преломлении через индивидуальное сознание и личные переживания, все это звучит очень абстрактно. За содержанием «новостных лент» почти не чувствуется присутствия реальных людей с их переживаниями и потерями. Тогда как именно люди, их судьбы и их внутренний мир, происходящие с ними события, не «схваченные» объективом видеокамер, имеют подлинное значение и ценность, люди, по какую бы сторону границ они не находились. Поскольку границы, как известно, это не то, что разделяет, а то, что необходимо преодолевать.

Может показаться, что происходящее с другими, нас не касается. Мы даже можем оправдывать свою пассивность объективной невозможностью помочь другим. Но, в конечном счете, это не только вопрос наших возможностей, но также и нашего личного отношения к происходящему, того, какой смысл мы воспроизводим в наших действиях и словах. Способствуют ли наши действия и слова, прямо и косвенно, утверждению ценностей жизни, красоты и истины, либо они провоцируют враждебность, даже если она прикрыта принципами, доказывающими мнимую справедливость и уместность происходящего? Вероятнее всего, истина непротиворечива, а внутренняя правда не требует доказательств и утверждения перед лицом других.

Как в свое время сказал Тэнзин Гьяцо (XIV Делай Лама) каждый из нас несет персональную ответственность перед каждым другим человеком за его страдание. Не бывает равнодушных. Нет тех, что мог бы остаться в стороне. Нет тех, кто не причастен к боли и страданию другого человека.

Как это связано с проблемой травмы?

Травма – это двойственный феномен, она истощает и она усиливает жажду к жизни, она выбивает почву из-под ног и заставляет мобилизоваться, она может лишить прошлого, но способна подарить надежду на будущее, то что довольно сухо в литературе обобщается понятием «посттравматический ресурс».

Ялта (10 января, 2015) - Ростов-на-Дону (8 ноября, 2015) - Симферополь (10 октября, 2017)

2017-11-21
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?