Сновидения в психотерапии.

Работа со сновидениями в гештальт-подходе

Елена Брич

Литература, посвященная снам, очень обширна, сложна, загадочна и противоречива. В некоторой литературе отношения к снам позитивное, в другой – отрицательное, а сны объявляются случайной и бессмысленной информацией. Есть мнения, что у снов – мимолётная, таинственная, экстравагантная природа. Однако гештальтисты, юнгиансцы, экзистенциалисты и фрейдисты считают сны очень информативными и важными для понимания психологической жизни клиента в психотерапевтической работы. Сны могут оказать бесценную помощь при эффективной терапии. Они представляют собой новое острое формулирование глубочайших проблем клиента, выраженное в другом языке - языке визуальных образов. Фрейд считал сны «королевской дорогой к бессознательному». К.Юнг видел во снах проявление архетипического, наследственного опыта предков, например, когда снятся мифологические фигуры (каменные бабы и проч.) они снятся тогда, когда человек проходит повторные моменты в своем развитии, циклы спирали, которые Юнг называл этапами индивидуации.

            Ирвин Ялом считает заблуждением, что  сон нужно объяснять полностью в деталях. Он считает, что даже если бы можно было дать полную интерпретацию, то это не имело бы терапевтического эффекта. Фундаментальный принцип в  работе со снами заключается в том, чтобы извлечь из них все, что может продвинуть и ускорить терапию, найти в нём ценное. Например, если вы в начале терапии, первостепенной задачей является «выковать» сильный терапевтический союз.  Поэтому вопросы важно фокусировать на тех аспектах сна, которые имеют отношение к вовлеченности и безопасности в клиент – терапевтических отношениях. Могут помочь такие вопросы: «Что, по вашему, стоит за…сюжетом сна?», «Похоже ли это на то, что мы обсуждали на …такой-то сессии», «Ощущаете ли вы опасность, тревогу находясь на сессиях со мной?», «Есть ли у вас тревоги  или сомнения по поводу частного характера и конфиденциальности наших встреч?», Таким образом, сон не подвергается интерпретации,  а спросил о вопросах, которые могли возникать в терапии в данный момент, полагаясь на свои ощущения и опыт, однако и остальные события сна не списаны насовсем, а оставлены до поры, до времени, когда они могут стать актуальными в работе.

            Фрейд сделал одну бесстрашную попытку полной интерпретации в своей значительной работе «Интерпретация снов» (1900), где он тщательно проанализировал один из своих снов о женщине по имени Ирма. Даже теперь,  100 лет спустя этот сон продолжают интерпретировать. Сон имеет дело с несколькими абстрактными идеями – началом психотерапии, страхом изучения личного бессознательного, чувством несоответствия, неуверенностью в том, что перемены необходимы. Однако сны представляют собой визуальные феномены, и отдел сознания, отвечающий за производство снов, должен найти способ превратить абстрактные идеи в визуальную форму, например, в лестницу, путешествие, подвал и т.д. достаточно обычное явление, когда жизнь представляется во снах  в виде дома. Например, разрушение дома можно понимать как крушение семьи или надежд.

Существует множество хорошо испытанных вспомогательных средств работы со снами. Во-первых, убедитесь в том, что они вас интересуют. Ирвин Ялом считает обязательным спросить о снах на первом сеансе (часто в контексте изучения паттернов сна). Особенный интерес вызывают повторяющиеся сны, кошмары или другие яркие сны. Недавние сны, особенно во время терапии, обычно несут больше плодотворных ассоциаций, нежели давние сны. На первой встрече, когда вы обговариваете условия работы (контракт), полезно сделать несколько замечаний по работе со снами, о значении снов. Если клиент говорит, что не видит снов или не помнит их, то можно дать стандартный совет: «Держите блокнот рядом с кроватью. Утром или ночью набросайте любую часть сна, которую помните. Утром вспомните сон перед тем, как открыть глаза. Не надейтесь, что вы его запомните, потому что сон очень ярок. Вы можете записывать важные детали сна после сессии, они могут пригодиться вам в работе позже. Просьба повторить сон в настоящем времени часто оживляет сон и погружает  клиента в него снова. Первый вопрос о сне полезно посвятить эмоциям: «какие чувства испытывает  клиент к различным фрагментам сна? Каков эмоциональный центр сна?» Затем   можно попросить клиента выбрать части сна и свободно ассоциировать с его содержанием. Или выбрать многообещающие части сна самостоятельно   и попросить клиента отнестись к ним эмоционально или отдаться фантазиям, например: «В течение пары минут подумайте о…(части сна) и позвольте фантазиям парить говорите вслух, не пренебрегайте тем, что покажется вам глупым». И еще полезно спросить о событиях дня, предшествующего сну (о «дневном осадке»). Фрейд изобрёл полезную формулировку о том, что сон заимствует стандартные блоки дневного осадка, но для того, чтобы образы стали достаточны для включения в сон, они должны быть усилены старыми выразительными эмоционально окрашенными тревогами. Другое ценное использование снов, по замечаниям Ялома, не имеет ничего общего с бессознательным или с распутыванием искаженного сна или обнаружением его смысла. Сон – удивительно богатый гобелен, который может быть соткан из самых значительных воспоминаний о прошлом. Простой отбор этих воспоминаний часто может стать ценным подспорьем. Сон может дать пищу для многих плодотворных сессий. Личности, появляющиеся в снах, часто являются составными фигурами, не выглядят как конкретные фигуры, но в них присутствуют части многих людей. Полезно просить клиента, если они еще мысленно представляют себе сон и человека, сфокусироваться на его лице и высказаться по спонтанной ассоциации. Или можно попросить его закрыть глаза и позволить лицу всплыть и трансформироваться в другие лица и описать, что они видят. Таким образом можно узнать обо всех индивидах: дядях, тетях, лучших друзьях, бывших любовниках, учителях и др., которые играли важную, но забытую роль в жизни клиента.

Со времен работы Фрейда, посвященной первому сну (1911г.), терапевты особенно уважительно относились к первому сну в терапии. Этот начальный сон, по утверждению Фрейда, часто бесценное свидетельство, предлагающее исключительно показательный взгляд на ключевые проблемы, так что ткач снов внутри бессознательного пациента всё еще наивен и не обременен охраной. В дальнейшем  будет очевидным, что сны будут более сложными и сбивающими с толку. Первые сны часто выражают ожидания клиента или страхи перед предстоящей работой. Первые сны напоминают нам о том, что представления о терапии очень глубоки и навязчивы. Не позволяйте внешним факторам сбить вас с толку. Вы должны предполагать, что у новых клиентов есть страхи и смущение по отношению к психотерапии, а потому позаботьтесь о том, чтобы приготовить каждого клиента к совместной работе.

Из всех снов, рассказанных клиентом, самыми ценными И.Ялом считает те, в которые вовлечен терапевт, подобные сны раскрывают огромный потенциал для терапевтического вознаграждения, заслуживают заботливого отношения.

Язык сновидений в книге «В переводе с марсианского» Римма Ефимкина называет древним языком образов, дневными мыслями в картинках, а сны - экзистенциальным посланием от бессознательного к сознанию.  Несмотря на то, что в распоряжении современного человека находятся научные инструменты познания мира, в познании самих себя мы  всё еще малосведущи. Поэтому по-прежнему сон для психологического консультирования – это наиболее действенный инструмент, так как именно он позволяет получить самый короткий и экономичный доступ к языку бессознательного.Однако на психологической консультации мы анализируем не сам сон, а  пересказ сна, то есть некий текст, вербальную репрезентацию опыта человека. Являясь писателем,  Римма Ефимкина отмечает  эту разницу, приводя в пример фильм и рассказ о нем, что это не одно и то же, а интерпретация фильма. Если в работе со сном мы работаем с текстом,   то к нему возможно применить метамоделирование, как ко всякому другому тексту. Однако составить рассказ сна бывает не просто, так как обычно в сновидении нет привычной логики, образы и события бывают абсурдными и очень странными, нереалистичными. Но тем ближе мы можем быть к бессознательному, к истине. Человек часто с трудом приспосабливает язык к рассказу о невероятных метаморфозах, превращениях, картинки часто «перескакивают» одна к другой. Поэтому Р.Ефимкина обращает внимание  в рассказе сновидца не только на образы, но и на метафоры, устойчивые словосочетания, употребляемые рассказчиком, когда без них передать содержание сна или визуальный ряд образов почти не возможно («выжатый лимон», «загнанная лошадь» «воздушный шарик»). Обязательно нужно обращать внимание на употреблённые метафоры, потому что они обычно имеют скрытый смысл. 

Основатель гештальт – подхода Фриц Перлз, использовал ряд сильных техник в работе со снами, считал, что всё во сне демонстрирует некий аспект сновидца и просил его говорить от лица каждого элемента. Например, одной из работ Перлза со сновидцем была работа со сном. Сновидец рассказал о сне, когда его машина не заводилась из-за свечи зажигания. Перлз просил его побыть в роли машины, свечи, водителя и рассказать о своих ощущениях.  Его интервенции пролили свет на промедление К. и нежелание пойти в жизни дальше. Сессия помогла К.найти неизведанные тропы и жизненные возможности.   Работа со сновидениями представляет собой трехступенчатую инструкцию:

1.Выбрать любой образ из сновидений и озвучить от первого лица в настоящем времени. Лучше выбирать те образы, которые имеют эмоциональную окраску для сновидца.

2. Когда описание образа (ов) закончится, следует произнести фразу: «И я так живу и в этом суть моего существования». Это позволяет почувствовать, что рассказ о сновидческих образах есть не    что иное, как рассказ о собственной жизни.

3. Сновидцу задается вопрос: «Как это относится к твоей жизни?»

Согласно гештальт – подходу, каждый образ во сне – это наша субличность, отвечающая за разные аспекты существования. Поэтому, озвучивая их от первого лица, мы возвращаем себе и  интегрируем в себе все противоречащие и отчуждённые части личности. Интегрировать – значит признать разные противоречащие части как свои собственные и принимать те части себя, которые находятся «в тени», могут не нравится. Только признав отторгаемые части, можно говорить о личностном развитии, целью которого и является целостность личности, с её достоинствами и недостатками, а не идеальная «маска», театральный образ. Эта методика очень эффективна, как подтверждает опыт.

Повторяющиеся сны и кошмары.

Сны начинают запоминаться тогда, когда они востребованы сновидцем для ответа на какой-то вопрос для поиска решения, для разрешения экзистенциальной ситуации. И чем более накалена ситуация, чем глубже кризис, тем ярче становятся сновидения. Если ситуация не разрешается,  они могут стать повторяющимися или превратиться в кошмары. Обычно люди, увидев кошмарный сон, стараются его забыть, существует даже присказки: «Куда ночь – туда и сон», «Забыть, как страшный сон». Но именно этого и нельзя делать с кошмарами. Они снятся как раз для того, чтобы  сновидец не забывал, а, напротив, обратил внимание на этот аспект своей жизни, который нуждается в изменении. Часто  кошмары - это незавершенные травматические ситуации, гештальты, подавленные и невыраженные сильные чувства. Человек останавливается, как перед страхом пережить что – что новое, неизведанное, тревожное, но если это трудное место пройти, прожить, прочувствовать, завершить гештальт, - то окажется, что человек способен справиться, это придает ему ощущение силы, власти, уверенности в себе.

2016-05-25
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?