Энергия членов семей, интенсивный уход и реанимационные мероприятия могут увеличить продолжительность жизни тяжелобольных и престарелых родителей от нескольких лет до десятилетий. Однако подобная плата на пути к долгожительству оказывается запредельно тяжелой для самих детей. И вряд ли сами родители, находясь в осознанности,  готовы принимать эти подвиги младшего поколения. 

В последнее время у меня и моих коллег стали чаще наблюдаться обращения за помощью 40-летних клиентов, которые испытывают сильнейшее чувство вины, поскольку они переложили бремя ответственности по уходу за своими больными и престарелыми родителями на родных, сиделок,  либо определили их в дома престарелых.

Обычно помощь и поддержку друг другу должны оказывать супруги, но когда один из них уходит в ходе развода или смерти, то социум и мораль навязывают мнение, что теперь взрослые дети обязаны заботиться о старых и больных родителях также сильно, как они заботились о собственных детях. При этом взрослый человек, находящийся под влиянием подобных общественных концепций, подает в тяжелейшую ситуацию, поскольку с одной стороны он должен работать и обеспечивать семью, заботиться о собственных детях и жене, а вместо этого он разворачивается назад и отдает время, силы, мысли больным. Он становится как бы распятым.

"Мой отец несколько лет ухаживал за своей парализованной матерью пока она не умерла. Он был потерян для семьи. даже если он был с нами, его мысли были там - возле больной матери. Это было ужасно. И когда мама умерла, нам всем через какое-то время стало легче" -- такие истории мы, психологи слышим слишком часто.  

С ростом продолжительности жизни и обвальным ростом сердечно-сосудистых, онкологических и других  психосоматических заболеваний все большее число людей к концу своей жизни перестает обслуживать себя.

Еще в 20 веке в России проблема опеки и уход детей за престарелыми и немощными родителями не была столь остра. Люди в ходе войн,  репрессий, плохого развития медицины  редко когда доживали до возраста при котором они теряли трудоспособность, не могли ходить и обслуживать себя.. Причем раньше несколько поколений жили в больших семьях и у пожилых людей было больше возможностей, пока они были в силах, воспитывать и присматривать за внуками. Соответственно, когда уже они нуждались в опеке, им эту помощь предоставляли - в рамках негласного договора между поколениями. Балансы соблюдались.  

В современных семьях, где члены поколений, как правило живут отдельно и разделены не только географически, подобные отношения затруднительны, не говоря уже о том, что разводы и малое количество детей делают процесс опеки весьма тяжелым.

О вторичной выгоде

Для России, в силу низкого уровня рождаемости и высокого числа разводов эта проблема стала просто чудовищной по своему влиянию на жизнь миллионов россиян, ведь за каждым таким актом героического самопожертования, когда взрослый сын, а чаще всего дочь или невестка с головой уходят в процесс по поддержанию жизнеспособности в умирающего человека лежат сломанные судьбы самих "спасателей".

Порой мы видим, что сыновья часто бывают не готовы посвятить значительную часть своего времени уходу за престарелыми родителями. И тогда эстафету мученичества могут брать невестки, "спасатели" мужа, но для которых эта ноша  оказывается еще более тяжелым испытанием, поскольку в этом случае жена берет на себя слишком много тяжелого из рода своего мужа. Чего она брать не должна в принципе, поскольку ее задача не смотреть назад на агонию и смерть, а нести любовь детям и мужу, продолжать служение. Не прошлому, а будущему - в лице своих детей.

С другой стороны мы всегда выясняем в таких случаях - а где здесь вторичная выгода? Насколько велико желание клиента почувствовать себя в глаза социума мученицей? Получить одобрение своих действий у родственников и знакомых (ведь общество безусловно одобряет подобное самопожертвование, поскольку у каждого есть страх болезни, одиночества и смерти)? Или, может быть это шаг для того, чтобы отвлечь внимание от трескающегося собственного брака? Откуда взялось это чувство вины?

При этом гамма чувств, которые испытывают клиенты, даже которые смогли правильно организовать уход с помощью сиделок и медперсонала (у которых есть на это средства), весьма обширна.

Прежде всего это чувство вины и стоящий за ним слоеный и горький пирог других переживаний. Зачастую клиенты не могут канализировать эти чувства и мы видим, как они оказываются в группе риска психосоматики. Либо тяжелое, эти кванты непрожитых историй берут их дети, которые начинают неожиданно болеть. И здесь главное - найти в себе силы выплеснуть, а затем трансформировать эти переживания, чтобы не навредить себе и близким.

"Мне кажется, что я слишком мало даю своим родителям, я бываю у них редко, стараюсь не думать о них, потому что мне тяжело о них думать.  Мне кажется, что я им даю слишком мало из того, что я бы мог дать, но у меня нет сил", - говорят клиенты.

Между тем, в психологии, в системном семейном подходе и особенно, в работах Берта Хеллингера  со всей очевидностью мы получаем постоянные доказательства того, что взрослые дети не могут давать престарелым родителем того, что они дают своим детям. Это несопоставимо и невозможно. Собственные дети всегда будут в приоритете и это жизненные, системные законы (порядки), при нарушении которых взрослые дети, слишком много сил отдающие пожилым родителям, в ущерб своим детям, часто расплачиваются болезнями. Дети, даже сами став взрослыми не могут спасти родителей даже если они очень этого хотят. Особенно если их об этом не просят. И реку невозможно повернуть вспять и жизнь идет сверху вниз - от родителей к их детям, от детей - к своим детям. Родители дали главное - жизнь. Все остальное несопоставимо по значению. И дети могут только дальше нести жизнь уже своим детям.

Жизнь невозможно подбросить сверху вниз, ведь тут же прилетит  назад нечто тяжелое. Которое может просто раздавить спасателя.

Другой вопрос, что мы можем сделать?

 «Кто смог принять своих родителей, таких, какие они есть», говорит Хеллингер, «тот в ладу с собой, ощущает себя целым и обладает полнотой силы обоих родителей». Не принимая и не уважая родителей, человек не может уважать жизнь, которую он от них получил.

Но принятие идет не в образе парализованного и нередко уже плохо реагирующего на действительность больного человека, который зачастую, к ужасу родственников, меняется на глазах, а в образе мамы или папы, которые родили человека, что называется в полном расцвете своих сил и любви. Таким, каким родители глядят на нас со своих свадебных фотографий.  

И первое, над чем мы работаем, это над тем, чтобы разобрать на части чувство у клиентов  и  что за ними  стоит.

Невротическая навязанная вина идет из роли спасателя, когда человек ощущает, что он якобы должен спасти своего папу и маму. Но постоянно находиться  в роли спасателя невозможно, спасатель быстро перепрыгивает либо в роль агрессора, и часто агрессия направлена на себя (болезни). Либо в роль жертвы. И нередко ухаживающие за больными ощущают боли в позвоночнике и объясняют это поднятием тяжестей. На самом деле это другое... Ведь когда проблема ухода решается, то боли исчезают сами собой.

Мы смотрим, насколько велико подсознательное желание клиента  "дополучить" любовь от родителей в этот период - невозможное во всех отношениях? И здесь важно  помочь клиенту уйти из роли родителя своих родителей, что неизбежно происходит в таких ситуациях. Клиенту всегда будет полезно ощущение того, что он сын или дочь своих родителей, а не папа или даже дедушка, как нередко выходит в расстановках. Тогда беспорядка не будет.

В этот период мы рекомендуем клиентам сократить время и частоту общения с больными людьми и особенно активно позаботиться о ресурсе, о необходимости развернуться к себе, о регулярном и качественном отдыхе.

Ведь нередко не только сами больные, но и те, кто за ними ухаживает, оказываются в атмосфере изоляции,  ощущая  брошенность, покинутость и одиночество. Социум внешне одобряет мучеников, но одновременно избегает контактов с этой темой. Такая общественная шизофрения.

Хорошее решение

И правильная организация процесса помогает в подавляющем числе случаев. Необходимо попросить помощи у родственников, собрать их вместе и определить обязанности, время, обсудить финансовые вопросы. Как можно по-новому обеспечить уход с помощью тех же сиделок? Уход с помощью нанятых людей вообще может быть спасением в таких случаях, а кроме того, лишь в части случаев больным необходим круглосуточный уход.

И тогда переезд пожилых людей, с их согласия  в дома престарелых может быть (для каждого конкретного случая) хорошим решением и ориентироваться в этом случае необходимо на мнение своей семьи, а не на социум. И хорошо если это будет коллегиальным и осознанным решением - прежде всего самого пожилого человека и его детей.

 

2016-05-15
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?