Заметки супервизоров.

Заметки супервизоров, Или о необходимости супервизии в программе «НЛП-коучинг в менеджменте и управлении персоналом».

В последние годы в России интенсивно развивается различного рода консультативная практика, использующая модели практической психологии.

Для качественной подготовки таких специалистов необходим не только тренер-преподаватель, являющийся специалистом по формированию практических навыков, но и супервизор. Недаром в мировой практике существует институт супервизии - профессиональной помощи профессиональным консультантам, психотерапевтам и коучам.

Основное в работе супервизора - это «показывать на практике взаимодействия с консультантом модели рефлексивного анализа продемонстрированной консультантом сессии с клиентом и помогать консультанту в овладении навыков осознавания собственной деятельности, источников собственных профессиональных трудностей и ресурсов для разрешения обозначенных трудностей» (Долгополов, 2001).

Сама же супервизия - это «интервенции, осуществляемые более опытными профессионалами по отношению к менее опытным. Такие отношения имеют определённую временную протяженность, предполагают оценку и ставят своей целью улучшение профессионального функционирования, а кроме того, подразумевают мониторинг качества профессионального обслуживания клиента» (Булюбаш, 2004).

Можно выделить три основные задачи супервизора:
1. Обеспечение профессионального и личностного развития консультанта;
2. Стимуляция развития специальных навыков и компетенции для получения измеряемого исхода терапии;
3. Осознание ответственности консультанта за профессионализм в оказании услуг для клиентов.

К целям супервизии можно отнести повышение профессионализма через углубление самоосознавания (в т. ч. способности обнаруживать и переносить свои уникальные эмоциональные переживания), формирование профессионального стиля работы и устойчивой позитивной профессиональной самооценки, возможность получения поддержки, развитие эмпатии и др. (Булюбаш, 2004).

Можно выделить три основных уровня супервидения (Е.Калитиевская, 1996):
• Супервидение, центрированное на клиенте. Здесь важную роль играет внимание к переживаниям и внутрипсихической динамике клиента. Полезно для развития профессионального мышления консультанта. Здесь могут быть рассмотрены история жизни клиента, его проблемы, эмоциональные и поведенческие реакции, отношение окружения, гипотезы о способах, которыми клиент свои проблемы создает, а также некоторые особенности тактики консультанта в контакте с клиентом.

• Супервидение, центрированное на консультанте. Используется для того, чтобы помочь консультанту разобраться со своими реакциями и эмоциями. Полезные моменты такого супервидения:
- побуждение к сознаванию реакций консультанта, относящихся к различным отрезкам консультативной или коучинговой работы и клиенту в целом;
- нормализация эмоциональной сферы консультанта;
- определение связи чувств коуча в профессиональной практике с его личным психологическим материалом, собственными проблемами и ограничениями, которые могут быть впоследствии проработаны в личной психотерапии. Важным может быть осознавание сходства проблем коуча и его клиента;
- анализ того, какие собственные действия вносит коуч в рабочий процесс;
- возможность привлечения личного опыта консультанта для расширения его профессиональных возможностей;
- способность коуча выдерживать баланс терпения и побуждения к изменению;
- способность заботиться о себе в период консалтинговой сессии, ресурсы для сохранения интереса к клиенту и коучингу вообще.

• Супервидение, центрированное на отношениях коуча и клиента. Здесь супервизор работает с системой «консультант/коуч - клиент». Проясняются взаимодействия клиента и консультанта, их взаимовлияние, и др. Этот вариант супервизии также может заканчиваться определением личных ограничений коуча, связанных, возможно, с его собственными проблемами (Е. Калитиевская, 1996; И. Булюбаш, 2002).

Зачастую даже опытные специалисты (не говоря уже о начинающих) порой испытывают личностные и профессиональные трудности и попадают в тупик при работе с клиентами. Особо хочется подчеркнуть, что если консультант свободно владеет техническим арсеналом, то это не только не гарантирует эффективности его практики, но и может «сработать» в противоположном направлении, если вытесняет из сферы внимания построение грамотных и доверительных отношений с клиентом (Лебедева, Иванова, 2004).

В некоторых ситуациях импульсы, желания и чувства (например, тревога, страх, гнев, симпатия и др.) консультанта, возникающие в консалтинговой сессии, могут стать такими сильными и сложными, что консультант, часто бессознательно, именно им начинает отдавать приоритет, а вовсе не потребностям клиента (Булюбаш, 2004). Таким образом происходит соскальзывание в русло решения консультантом своей собственной проблематики. Очень важно здесь то, что без посторонней помощи заметить это самому консультанту очень и очень непросто, и часто помощь именно супервизора в таких случаях просто необходима. Вот лишь некоторые примеры:
- консультант начинает требовать от клиента лишнюю информацию, раскрытие которой может тому повредить (например, клиент почувствует стыд, вину, унижение и пр.);
- коуч тратит время, рассуждая сам или поддерживая разговор о вещах, собственно к процессу коучинга отношения не имеющих;
- консультант ведёт себя высокомерно, ставит в центр внимания себя, а не проблему клиента, занимает позицию многоопытного учителя, прибегает к хвастливым примерам из собственной жизни, отыгрывая свой нарциссизм;
- раздражается и злится на клиента без видимых причин, демонстрирует отвержение и недовольство клиентом;
- начинает в своих интервенциях либо излишне опекать, либо оказывать чрезмерное давление, излишне фрустрируя клиента;
- предпринимает действия, направленные на угождение клиенту, желая быть приятным и «хорошим» для него (что часто несёт ущерб эффективности работы), провоцирует клиента на высказывание похвалы в свой адрес;
- начинает чувствовать перед клиентом собственную неполноценность;
- консультант старается «поддеть» клиента, вербально его унизить;
- коуч идентифицируется с клиентом, у него возникает впечатление, что данного клиента он особенно хорошо понимает;
- начинает видеть в клиенте или его жизненной ситуации кого-нибудь из своего окружения либо свою собственную жизненную ситуацию;
- уводит сам либо поддерживает клиента в избегании значимой для него тематики;
- нетерпелив, требует от клиента немедленных результатов либо наоборот, препятствует продвижению клиента в решении его проблемы;
- и многое другое.

В описываемом контексте представляется крайне важным для консультанта быть предельно внимательным к проявлениям контрпереноса, который можно рассматривать как процесс, относящийся к переживаниям консультанта в адрес клиента.

Предоставим теперь вниманию читателя реальный случай из нашей практики, взятый из учебной коучинговой сессии на курсах по обучающей программе «НЛП-коучинг в менеджменте и управлении персоналом».
Причём для простоты описания опустим процесс собственно супервизии, сконцентрируясь больше на изложении ряда избранных феноменов, подмеченных супервизором во время сессии. Учебная коучинговая сессия проводилась с «плавающим» коучем, т. е. два-три человека были готовы подхватить процесс при возникновении каких-либо затруднений у «основного» коуча.

Перед самым началом работы клиент (для простоты обозначаемый в дальнейшем как К.) со смехом обращается к тренеру группы и просит помочь его «отресурсировать». Далее К. и основной коуч (обозначаемый далее как Кч) договариваются о том, что обращаться во время сессии друг к другу будут на «Ты».
Начало сессии.
Кч. - Что для Вас актуальнее (несмотря на договоренность, обращение на «Вы»)?
К. поддерживает обращение на «Вы» и перечисляет три проблемы:
- Я нахожу поводы, чтобы не идти делать важные для меня вещи. Меня не устраивает организация моего рабочего дня. И я хочу научиться сохранять «ровность», чтобы я сохранял желание с задачей работать.
На этом отрезке работы Кч. демонстрирует невербальные признаки оживления ( несколько наклоняется корпусом в сторону К.):
- А здоровье насколько важно?
К.- Я могу позволить себе меланхолию…
Далее со стороны Кч. звучит предложение начать занятия в спортивном клубе. Но эта тема теряется, и К. подчёркивает, что хотел бы разобраться с проблемой, заявленной им третьей по счёту. Далее К. рассказывает о роли «эмоционального фактора» в своей жизни:
- У меня плохое настроение - не могу работать, хорошее - могу пахать...
Следует диалог, во время которого начинает проявляться противоборство сторон, сопровождаемое ухмылкой К. и «поддевающей» интонацией Кч. Эмоциональный контакт потерян, раппорт нарушен. Однако, вскоре Кч. и К. вместе смеются над шуткой (спонтанное восстановление контакта?), после чего в диалоге Кч. в одностороннем порядке успел перейти на «Ты» и через пару фраз вновь вернулся к «Вы». Такая смена в дальнейшем будет наблюдаться неоднократно. Интересно и то, что Кч. всю сессию почти не меняет положения тела.
Далее К. упомянул, что хотел бы для разрешения своей проблемы войти в трансовое состояние.
Кч. (признаки язвительной интонации)- Может, Вам к шаману?
Затем следуют несколько вопросов Кч., смысл которых сводится к его желанию узнать, что бы К. хотел в сессии далее. И К. говорит о некоторых отвлекающих его вещах:
- Ненужные люди, есть более интересная работа, есть плохое настроение...
Кч.- В рамках сегодняшней сессии более реально, если мы…
К.- Есть человек, которому важно позвонить, надо вернуть деньги.
Кч.- Что мешает позвонить?
К.- Либо забываю, либо…
Кч. (демонстрируя признаки раздражения)- Так и не будешь звонить? Телефонным террористом будешь.
Кч. (признаки издёвки в голосе)- Ты можешь отдать свои деньги…?
Кч. удерживает тему долга, пытаясь уточнить, важен ли этот долг лично для К. или для его компании. Выясняет, что это важно и для К. лично, и для его компании.
Кч. (напряжение в голосе, признаки раздражения)
- Тогда почему не выполняются решения?
Сессия по времени приближается к своему завершению, и Кч. напоследок предлагает (есть признаки назидания и издёвки) К. домашнее задание на определение баланса «Я» - «Компания».
Кч. (признаки неконгруэнтности) - Очень приятно было работать.
Сессия завершена. Из такого процесса коучинга при достаточно развитой наблюдательности супервизор может почерпнуть массу фактического материала. Из приведённой стенограммы сессии (безусловно, с сильными сокращениями) достаточно выпукло выступают, в первую очередь, именно недостатки работы, и читатель в степени, сообразной уровню своей подготовки, может сделать об этом и свои собственные выводы. Однако, именно такая подача вышеизложенного не свидетельствует о том, что в сессии не было и положительных моментов (кроме того, работа супервизора не сводится к поискам «плохого» в работе консультанта, одна из целей супервизора - поддержка коуча и поиск его наиболее сильных сторон). Подача же материала именно в такой форме, с нашей точки зрения, призвана продемонстрировать лишний раз важность супервизорской миссии. А посему опишем далее те пожелания и вопросы, которые возникли у супервизора в отношении работы коуча:
- Важно обращать внимание на некоторые феномены перед началом сессии. Такие, например, вещи, как обращение К. к тренеру группы с внешне шутливой просьбой о «ресурсировании» перед началом сессии, могут говорить, к примеру, о недоверии клиента данному коучу, страхе перед ним. Важно было бы прояснить, что клиент скрывает за своей шуткой. Кроме того, сложные взаимоотношения Кч. и К. проявлялись и в непостоянстве, в частности, обращения Кч. к К. и стабильном «Вы» К. к Кч., несмотря на предварительную договорённость о «Ты»;
- Что происходит с Кч., когда он эмоционально вовлекается именно в момент рассказа К. о третьей его проблеме? Имеет ли это отношение в данный момент к данному клиенту? Почему Кч. начинает сразу рекомендовать К. занятия в спортивном клубе как рецепт от меланхолии, причем про саму т. н. «меланхолию» проясняющих вопросов не задает совсем?
- Когда К. вновь говорит про «эмоциональный фактор», почему Кч. начинает демонстрировать признаки недоброжелательности, что в этот момент произошло с Кч., его что-то задело в теме клиента? Или это специально рассчитанная провокативная интервенция Кч.?
- Как сам Кч. способствовал потере контакта с К.; почему исчезла эмпатия (была ли она вообще?)
- Почему Кч. сидит в неизменной, ригидной позе? Что с ним происходит? Он так сидит всегда или только сейчас? Это напряжение? Кч. чего-то опасается?
- Что заставляет Кч. игнорировать просьбу К. о трансе? Почему вопрос о трансе поднимает у Кч. вербальную агрессию во фразе «Может, Вам к шаману?» Почему Кч. не даёт конкретной помощи, когда её просит клиент? Не уверен в своём знании трансовых техник и прячется за агрессией и уточняющими вопросами, что именно клиент хочет? Уверен, что клиенту не транс сейчас полезнее, а что-то другое? Тогда почему спокойно не аргументирует это? Ведёт (сознательно или бессознательно) борьбу с клиентом, конкурирует с ним? Если так, тогда что в этом клиенте личностно задевает коуча? Или Кч. сам чем-то расстроен и «срывается» на клиенте?
- Почему Кч. не пользуется возможностью делегировать свою роль партнёрам или посоветоваться, ведь изначально была договорённость, что роль коуча будет «плавающей»? Нарциссические ли это проявления? А почему партнёры - потенциальные коучи не рискуют предлагать своё видение ситуации и молчат? В чём их сомнения?
- Произнося фразу « в рамках сегодняшней сессии более реально…», осознаёт ли Кч., какую эмоцию он испытывает? Что такое «наиболее реально»? Неготовность ли это самого Кч. к чему-то другому? И зачем тогда прямо перед этой своей фразой Кч. несколько раз подряд уточнял у К., чего именно тот хочет, если сам заранее знал, что именно «наиболее реально»? Работал на развитие осознавания у клиента, или тянул время, прикрывая собственную тревогу, или отыгрывал на клиенте свои агрессивные тенденции?
- Когда диалог коснулся проблемы возврата долга, зачем Кч. понадобилось уточнять, долг ли это компании или лично К.? Чем руководствовался Кч., предлагая К. домашнее задание? И зачем повысил голос во фразе «Тогда почему не выполняются решения?» Сильно похоже на то, что Кч. в этот момент решает К. «пристыдить». Если так, то зачем? Кч. решает что-то своё личное? Тогда это уже к коучингу никакого отношения не имеет;
- Какое базовое чувство Кч. испытывал к К.? Если всё же негативное, то в реальной практике рекомендуется не работать с такими клиентами, а перепоручать их своим коллегам;
- Если Кч. не испытывает удовольствия от работы, говорить обратное в конце сессии не рекомендуется; ложь будет «считана» клиентом на невербальном уровне.
В дальнейшем вышеозначенные вопросы были обсуждены с Кч. на супервизионной сессии.
Надеюсь, нам удалось донести до читателя актуальность и значимость супервизионной практики для деятельности консультантов и коучей.
И в заключение хотелось бы подчеркнуть то, что в мировой практике принято, когда специалист в области консультирования имеет своего собственного консультанта. И определенного рода личностные и коммуникативные моменты, препятствующие эффективной практике специалиста, вскрытые и осознанные в супервизионных сессиях, могут быть в дальнейшем разрешены при обращении за к помощью к квалифицированному психотерапевту, психологу, коучу, консультанту.

Основные шаги в процессе супервизии:

Первый шаг: Начало и начальная ориентация
• (Самый первый контакт) Что Вас привело ко мне?
• (обычно) О чем сегодня должна идти речь? Что мы имеем в качестве предмета сегодняшнего заседания/встречи (желания, надежды, ожидания)?
• Какую помощь Вы бы хотели получить и для чего? Какую помощь Вы ждете от меня? Что бы вы хотели сегодня получить? Что должно измениться сегодня в позитивную сторону?
• (Работа в группах, командах) Кто и что хочет вынести на обсуждение?
• (При наличии многих вопросов и желающих) Что в настоящее время является самым важным или срочным? Что может еще подождать? Что мы выбираем для сегодняшнего обсуждения? В каком порядке? С чего мы начнем? Как много времени мы намерены этому посвятить?
• Есть еще важные темы, нуждающиеся в ответе вопросы – или мы можем уже начинать?

Второй шаг: Анализ ситуации: выяснение актуального состояния
• О какой проблеме точнее идет речь? Можете Вы привести типичный пример в связи с ней?
• В чем собственно дело что собственно произошло?
• Что делает ситуацию процессы проблемой?
• Что делает так, что ситуация сохраняется? (Горизонтальный, вертикальный и системный анализ условий)
• Кто имеет «выгоду» (в выигрыше) от данного состояния вещей?
• Какие личные установки и опыт играют роль в данном случае?
• Какие системные факторы (контекст, окружение, институциональные правила и т.д.) принимают участие?
• Как вы сами себе объясняете данную проблему?
• Идет ли речь о (принципиально изменяемой) проблеме или о (необратимом) факте?
• Когда это лучше? Когда это не представляет проблемы? А что есть другое?
• Что уже предпринималось, и что нет и с каким эффектом?

Третий шаг: Определение (желаемых) должных-быть-состояний
(формулировка проблемы и целей)
• Что должно быть стать? Как должно быть ОК? Как должно бы быть идеально?
• Какой должна бы быть ситуация, чтобы Вы были немножко более довольны?
• Как должно быть, чтобы и другие участвующие лица были довольны?
• Когда наша супервизия была бы уже не нужна?
• Идет речь о (достижимых) целях или (недостижимых) утопиях?
• Что Вы хотите сохранить или оставить так, как оно есть?
• Что бы Вы хотели достичь, изменить, чему научиться?
• Что Вы должны хорошо ли плохо принять, с чем все-таки согласиться?

Четвертый шаг: поиск и выбор решений
• Какие пути (как средства к цели) принципиально возможны? (оценка 2 и 3 шага); (может быть применен метод «мозгового штурма»)
• 1)Устранение имеющихся “барьеров” (внешних – например, начальство против ваших предложений и нововведений или внутренних - личностные переменные: предрассудки и предвзятости, собственные страхи и проблемы, укоренившиеся привычки ухода от активного преодоления проблем, перекладывания их решения и ответственности на других и др.
2)Формирование новых компетенций
3)Новые пути и альтернативные решения
• Какие решения Вы хотели бы действительно принять? (что конкретно, как, в каких ситуациях и т.д.)
• Что для этого нужно? Имеются для необходимые предпосылки и компетентность?


Пятый шаг: Перекладывание решений и контроля эффективности на проблему (конкретная подготовка к действию - от планирования и принятия решений о целях, путях и методах к их воплощению). Две возможности реализации: а) во время самой супервизии (“сухой тренинг”) и б) в жизни (домашние задания и т. д. – супервизия ин виво). Лучше последовально от а) к б).
• Какой из возможных маленьких шагов следовало бы сделать первым?
• Что Вы будете пытаться конкретно делать до нашей следующей встречи?
• Кточто может помочь при непосредственном применении решений?
• На основании чего Вы будете судить о том, этот что шаг был успешным и что Вы приближаетесь к Вашей цели? Что будет говорить о неуспехе (или рецидиве непродуктивных форм поведения)?
• Как Вы будете поступать дальше, если… (Икс или Игрик) будет иметь место?

Шестой шаг: Завершение эпизода
• Может мы на этом завершить?
• Чему Вы научились из сегодняшнего эпизода?
• Что из этого при необходимости может быть перенесено в другие ситуации?
• На какую другую тему мы должны обратить внимание?

Итоги и предложения
• Как Вы восприняли сегодняшнюю форму совместной нашей работы?
• Стиль мой как супервизора Вам подходит?
• Могу я еще что-то сделать, чтобы последующие наши заседания сделать еще более эффективными?
• Имеются желания, интересы с Вашей стороны, которые должны быть обязательно учтены в будущем?
• Итак, наше занятие можно считать вполне нормальным, в порядке?

 


Это последняя статья, в написании которой принимал участие Кондратенко Сергей Владимирович, умерший 25.12.2008 г., после полученных в автокатастрофе травм.

Сергей работал в областях здравоохранения, педагогики, проводил бизнес-тренинги.
C 1997 по 2006 г.г. - психолог Психотерапевтического центра (бывшая Краевая поликлиника неврозов). Оказание психологической помощи  клиентам, подверженным влияниям стрессов. Психологическое тестирование.
C 1997 г. по2008 г.г. -  преподаватель тренинговых программ  в Алтайских филиалах Томского государственного университета и Московского психолого- социального института, а также на Факультете  усовершенствования врачей Алтайского государственного медицинского университета.
C 1997 г. по2008 г.г.  – региональный тренер – консультант Московского института гештальта и психодрамы. Спланировал, организовал и провёл  множество долгосрочных обучающих тренинговых программ для профессиональных психологов и студентов (в Барнауле и других городах России).
C 1997 г. по 2008 г.г.  - частная психологическая практика. Консультирование, психологическая диагностика, психологическая коррекция, проведение тренинговых групп широкого профиля (г.г. Барнаул, Новосибирск, Томск, Златоуст и др.).
C 1997 г. по 2008 г.г.  – супервизор и тренер - преподаватель консалтинговой компании «Эль-Консул».
Он разработал и внедрил в систему подготовки практических психологов
Образовательные программы по гештальт - методу 1 и 2 ступеней.
Обучил и сертифицировал по программе 1 ступени более 50 профессиональных  психологов  (в Барнауле и других городах России).   
Разработал и провёл ряд антистрессовых программ на базе Интенсивных интегративных психотехнологий и символдрамы.
Разработал и провёл ряд эксклюзивных семинаров по взаимоотношениям «Жизнь в любви с миром».
Разработал программу профессиональной подготовки по супервизии «Основы супервидения в коучинге»
Сергей стремился к профессиональному совершенствованию постоянно. Его главными жизненными ценностями были любовь и сострадание, а жизненным кредо "Помогать и успеть".

"Нет! Не уходят друзья навсегда, мы с ними лишь на время расстаемся!"

2015-06-03
Статья выложена в ознакомительных целях. Все права на текст принадлежат ресурсу и/или автору (B17 B17)

Что интересного на портале?